Танковый Юмор

Тема в разделе "Юмор", создана пользователем citroend, 2 авг 2008.

  1. citroend

    citroend Участник

    Регистрация:
    02.09.07
    Сообщения:
    37
    Симпатии:
    0
    История танка Шерман
    И.Кошкин, январь 2002 г.



    "Раз-два-три-четыре-пять
    Вышел Шерман погулять"
    Приписывается Виттману



    История танка Шерман начинается в 1939 году. Именно тогда американские военные, несколько ошарашенные масштабами танковых баталий Старого Света, вдруг вспомнили, что в американской армии количество этих полезных машин едва превышает три сотни. Причем с большинством из них европейские танки в одном ангаре бы не встали. Генералитет срочно потребовал дать армии средний танк. Надо сказать, что до этого момента американские конструкторы не делали средних танков и не знали чем последние должны отличаться, к примеру, от легких. Руководствуясь, в основном, слухами, которые разведка выдавала за разведданные, конструкторы решили, что средний танк должен быть больше чем легкий и иметь вооружение помощнее. Что понимается в Европе под мощным вооружением было неизвестно, поэтому было решено попросту воткнуть в танк восемь пулеметов и посмотреть, что получится. Так родился средний танк М2. Известно, что из шести членов комиссии Артиллерийского Департамента, первыми увидевшими новый танк, трое застрелились, двое упали в обморок, а один сделался буен и едва не загрыз главного конструктора. В результате вместо 1000 машин было изготовлено чуть меньше сотни, причем их сразу спрятали и никому не показывали. Некоторое их число чуть позже отправили в СССР. Русские в это время рубились с немцами где-то на Волге и готовы были считать танком любой фургон, лишь бы у него были гусеницы.
    Поскольку в Америке русские методы управления конструкторским процессом считались предосудительными, то никого из конструкторов не расстреляли и даже не сослали на Юкон. Тем не менее, армии был нужен средний танк с мощным вооружением. Кто-то из конструкторов, брат которого воевал в Англии на Харрикейне, предложил довести число пулеметов до двенадцати, но всем уже было ясно, что основным оружием танка должна быть пушка. Оставался открытым воспрос - где эта пушка должна располагаться. Часть проектировщиков, так называемые "башнисты", считала, что согласно новейшим веяниям пушка должна располагаться в башне. Остальные, "корпусники", поднимали их на смех, утверждая, что только идиот воткнет мощную пушку в дурацкую вращающуюся конструкцию. По их мнению, лучшим местом для трехдюймового орудия будет какой-нибудь небольшой выступ на корпусе. В результате было принято компромиссное решение. На танк поставили две пушки, причем ту, что побольше - в корпус, а ту, что поменьше - в башню. При этом злые "корпусники", чтобы посмеяться над "башнистами" в ночь перед испытаниями присобачили на башню еще одну башенку, поменьше, с пулеметом. Дескать хотели башни - подавитесь. Танк назвали М3 "Генерал Ли", хотя многие возражали, считая, что в этом можно усмотреть китайское влияние. В этот раз никто из членов комиссии не застрелился, а в обморок упал только один, что сочли добрым знаком. Танки были отправлены в Африку, где в это время Роммель гонял англичан, останавливась только для того, чтобы намазаться кремом для загара и попить водички. Загнанные аж к Каиру англичане вежливо приняли заокеанский подарок, хотя что у них было на душе - не узнает никто. Эффективность танка превзошла все ожидания: при первом боевом столкновении экипажи трех новейших Pz IIIJ умерли от смеха и поле боя осталось за англичанами. Танк уважительно назвали "Последней надеждой Египта", на что кто-то из танкистов мрачно заметил, что если уж Египет может надеяться только на ЭТО, то Империи - конец. Скоро на театре боевых действий появились и американские танкисты. Немного повоевав, они потребовали, чтобы им дали танк с одной пушкой, но зато в башне. Многие инженеры возражали против такой революционной переделки конструкции, справедливо указывая на то, что в таком танке уже нельзя будет играть в бейсбол, а проекты оборудовать танк душевой окончательно канут в Лету. Но танкисты стояли на своем, указывая на то, что им стыдно воевать на танке, над которым смеются их английские и немецкие коллеги. На сторону танкистов стал генерал Паттон, пообещав пристрелить Главного Конструктора из своего любимого револьвера с перламутровой рукояткой, и инженеры, покряхтев, выдали, наконец, танк нормальной конструкции.
    /cgi-bin/imgshow.cgi?lee.jpg

    /cgi-bin/imgshow.cgi?lee.jpgВ этом танке как в зеркале отразились все особенности американской танкостроительной школы. В частности, американцы считали, что высота танка обязательно должна превышать его ширину. Кроме того, один из них, в свое время ездивший в командировку в Россию утверждал, что по русским требованиям пушка должна быть как можно короче, чтобы не втыкаться в землю. Ему указывали на то, что танк, обычно, ездит башней вверх, поэтому пушка никуда воткнуться не может, но конструктор уперся, и на танк воткнули пушку, которую у немцев или русских уже постеснялись бы поставить в танк. Новый танк назвали Шерман и отправили в Африку добивать немцев. Танки М3 опять загнали в РОссию - у русских на лето намечался крупный мордобой на какой-то дуге с труднопроизносимым названием, и они были готовы взять любой самоходный сарай, лишь бы у него была пушка. Немцы добивались с трудом, а их новейшие бронемонстры под названием "Тигр" быстро вбили в голову американских танкистов всемирную танкистскую мудрость: "Танки с танками не воюют. По-краней мере с "Тиграми" - точно". Американские танкисты чувствовали себя немного обманутыми - вроде получили, наконец, средний танк, и башня у него есть, а вот, опять не вытанцовывается. При высадке в Сицилии американские танкисты обогатились новым боевым опытом, который гласил, что в задницу можно подбить кого угодно, а также что наступать на врага, у которого нет нормальной противотанковой обороны - сущее удовольствие. Впереди была высадка во Франции...
    Тем временем русские, выпрямившие, наконец, свою непонятную дугу, сообщили своим союзникам, что Тигр - это фигня, а вот есть у немцев еще одна кошка, "Пантера", так вот та - полный вперед. И вообще, в свете русского опыта, чем длиннее пушка на танке - тем лучше он справляется, если столкнется с танками противника. Конструкторы, наученные горьким опытом начали шевелиться быстрее и как раз к началу высадки в Нормандии представили два опытных образца с длинной, по американским меркам, пушкой. Но военные презрительно обфыркали новую машину, и с десантных катеров бодро запрыгали Шерманы с короткими пушками.
    Первые же столкновения с немецкими танками вызвали шквал писем от танкистов к инженеров. Содержание большинства из них сводилось к перечислению того, что танкисты сделают с инженерами, если останутся живы. Надо сказать, что хитрые англичане, получавшие Шерманы от американцев, поставили в некоторые из них длиннющие противотанковые пушки и теперь смело дрались с немцами. Американцы же вынуждены были прибегать ко всевозможным тактическим приемам, военным хитростям и подлостям. В частности, однажды батальон Шерманов притворным бегством заманил несколько Пантер на берег моря. С трудом вскарабкавшиеся на гребень дюны Пантеры узрели наставленные на них жерла орудий главного калибра линкора "Нельсон". Линкор гнусно ухмыльнулся и со словами: "А ну, кто тут маленьких обижает", испарил две Пантеры, вынудив остальных спасаться бегством. Но, естественно, такое не могло продолжаться долго, Шерману была нужна более мощная пушка. Однако при проведении сравнительных испытаний выяснилось, что у длинной пушки слабее фугасный снаряд, меньше боекомплект и вообще, от нее дым и пыль. Военные заспорили. Одни утверждали, что танки с танками не воюют и вообще, пристрастие к длинным стволам говорит о проблемах в сексуальной сфере. Другие, особенно те, кто успел посидеть в Шерманах под огнем Пантер, лезли в драку и кричали, что сейчас разберутся, у кого какие проблемы. Паттон опять стал хвататься за револьвер, но наконец какой-то флегматичный техасец высказался в том смысле, что никто не мешает иметь во взводе и те и другие Шерманы. Снабженцы, которым не улыбалось снабжать танки двумя видами боеприпасов попытались, было, возбухнуть, но им пообщали устроить путешествие до Сен-Ло и обратно в Шерманах с короткими пушками, и те моментально заткнулись.
    Ближе к осени 44-го года американские танкисты получили, наконец, Шерманы с длинной пушкой, хотя и немного. Проблемы это, однако, не решало, поэтому были придуманы новые хитрости. В частности, при столкновении с противником полагалось стрелять (и попадать) в него как можно чаще. Случалось, что молодые немецкие танкисты после этого вылезали из танков и ложились на землю, держась руками за уши. В это время их можно было брать голыми руками. Иногда американские танкисты обвешивали свой танк мешками с песком. Такой прием позволял резко увеличить скорость танка, сбросив все мешки разом, а также обмануть недалекий немецкий танк следующим диалогом:
    Пантера: Простите, а Вы, случайно, не американский танк М4А3Е8 Шерман?
    Шерман: Что Вы, мэм, мне такое и не выговорить.
    Пантера: А кто же Вы тогда?
    Шерман: По-моему, это очевидно. Я - кучка мешков с песком.
    Пантера: А почему Вы тогда движетесь?
    Шерман: Не вижу, почему кучка мешков с песком не может двигаться, если ей захочется. К тому же сегодня какой ветер...
    Пантера: Так Вы точно не американский танк М4А3Е8 Шерман?
    Шерман: Вы можете быть абсолютно уверены в этом.
    После этого Пантера, обычно, отъезжала, только для того, чтобы получить бронебойный снаряд в корму. Еще одной военной хитростью было создание танка М4А3Е2 "Джумбо" (вопреки традиции называть свои танки в честь генералов - участников внутриамериканских разборок, этот танк был назван в честь слона, который умел летать на своих ушах). Этот танк, внешне похожий на обычный Шерман, был забронирован по самое не могу. В результате, один из немецких командиров, увидев, как Шерман движется после пятого попадания, заразительно рассмеялся, вылез из своего Тигра и сдался в плен. Говорят, он продолжал смеяться вплоть до самой репатриации.
    В результате всех этих мероприятий, а также благодаря тому, что американские танкисты усвоили, наконец, мудрое правило, что семеро на одного - это в самый раз, большиство сражений американцы выигрывали. По-крайней мере, по очкам.
    Несмотря на все эти недостатки, американские танкисты любили свои машины. Потому, что тех, кто их не любил переводили на "Стюарты", а с этих танков смеялись даже японцы. Кроме того танк был прост в обслуживании и фирма давала на него трехгодичную гарантию, а поврежденные танки обменивались в сервисных центрах на новые совершенно бесплатно. Танки неплохо ездили по ровным дорогам, а те, что были поставлены в РОссию - и по неровным. Кроме того, в Шермане командир имел отдельное рабочее место и мог во вемя боя вместо того, чтобы суматошно кидать снаряды в пушку почитать книжку или карту, послушать радио или посмотреть в наблюдательные приборы. Недаром, в СССР танк Шерман заслуженно получил почетное прозвище: "Лучший танк для службы в мирное время"
    Наконец, нельзя не вспомнить и о темной странице в истории танка Шерман. Этот танк надолго стал символом угнетения чернокожего населения Америки. Дело в том, что заряжающим на Шерман часто ставили негра, и пока остальной экипаж двигал рычагами, стрелял из пушки и пулеметов, орал по радио и вообще занимался интересным делом, несчастный чернокожий танкист вынужден был монотонно кидать в пушку снаряды весом почти в семь кг. 90 снарядов, 600 кг переносил несчастный негр на руках от боеукладки к пушке. Некоторые расистски настроенные командиры Шерманов специально брали двойной запас снарядов, чтобы доставить несчастному заряжающему еще больше работы. И часто над полем битвы неслась, вплетаясь в гром выстрелов и рев двигателей, старинная песня, звучавшая когда-то над плантациями Алабамы и Луизианы:
    Енота поймать нелегко, нелегко.
    Хахай-эйхо.
    Хозяин смеется а луна высоко
    Хахай-эйхо.
    http://armor.kiev.ua/http://armor.kiev.ua/
    toptop




    Введение

    Первые танки

    Довоенные танки

    Вторая мировая

    1945...2001

    /Battle//Battle/

    /lib//lib/

    /Tanks/Kubinka//Tanks/Kubinka/

    http://armor.kiev.ua/http://armor.kiev.ua/


    http://top100.rambler.ru/top100/http:// ... ru/top100/
    © 1999-2001, V.Chobitok
    http://top.list.ru/jump?from=18461http: ... from=18461
    http://top100.rambler.ru/top100/http:// ... ru/top100/



    http://banner.kiev.ua/http://banner.kiev.ua/

    Взято с WWW.FORUM.HOBBY.NET.UA

    Добавлено спустя 1 минуту 17 секунд:

    Тигр

    История танка Тигр началась много сотен тысяч лет назад, когда несколько видов крупных кошачьих решили отказаться от выходящих из моды и не отвечающих современным условиям длинных саблевидных клыков, приобрести хвосты и начать применять новые схемы камуфляжа. Несмотря на насмешки своих надменных саблезубых сородичей, они терпеливо отращивали длинные хвосты и тщательно исследовали различные типы маскирующей окраски. После нескольких десятков тысяч лет напряженного труда первый тигр, наконец, поточил когти о пальму и до тридцатых годов двадцатого века все более-менее устаканилось.
    Тем временем к власти в Германии пришел А. А. Шикльгрубер, в просторечии именуемый Гитлером. И не прозлодействовав и пяти лет начал реализовывать свои военномегоманьяческие фантазии. Не осталось в стороне и панцерваффе. Первые немецкие танки, конечно, не были педальными, как утверждают некоторые недобросовестные исследователи, но, тем не менее, танками их называли только откровенно пристрастные люди. Фюреру хотелось чего-то большего... В конце января 1937 г. Фирма Хеншель получила заказ на проектирование некоего агрегата, стыдливо названного "боевой машиной". Первый изготовленный образец танком не являлся и вообще собирался из двух частей на болтах. Ходовая часть его была совершенно нормальной и ничто не предвещало того ужаса, который предстояло испытать тысячам немецких техников в 43-45 гг. В то время в Германии не применялись прогрессивные советские методы управления конструкторским процессом, заключавшиеся в помещении целых коллективов в особые, наглухо закрытые помещения, где им создавались все условия для продуктивной работы, поэтому, когда представители Панцерваффе прибыли смотреть опытный танк, им быстренько показали нечто без башни, нагруженное рельсами.
    - А где танк? - спросили танкисты.
    - А вот, - ответили конструкторы.
    - Это???
    - Ну, собственно, это еще не танк. Это первый концептуально-экспериментальный прототип опытной машины.
    - А сразу опытную машину нельзя было сделать?
    - Ну-у-у, в таком деле спешка ни к чему. К тому же мы опробовали на нем некоторые интересные идеи.
    Тогда один из офицеров панцерваффе сказал, что у него есть знакомые, которые работают в гестапо, поэтому если это бодяга будет продолжаться, то на конструкторах тоже будут опробованы некоторые интересные идеи, касающиеся болевых порогов, пределов прочности суставов и сочленений и анатомии вообще. Не прошло и года, как конструкторы представили второй прототип. Чтобы избежать наездов со стороны танкистов и гестапо, на него быстренько воткунули башню от PzKpfw IV и с гордостью продемонстрировали представителям Панцерваффе.
    - Ну и? - спросили представители
    - Вот! с гордостью ответили инженеры.
    - Что "вот"? - зловеще прошипел входивший в группу Гудериан, потянувшись к кобуре.
    Гудериана оттащили в сторону Гот и Манштейн, после чего для поднятия боевого духа двух первых попавшихся инженеров быстренько расстреляли. Это необыкновенно взбодрило остальных, и новый опытный прототип появился буквально через год. Башни он не имел, но зато имел кое-что другое...
    Среди сотрудников фирмы Хеншель ходила темная легенда о детстве инженера Книпкампа. Злая мачеха заставляла бедного мальчика с утра до вечера мыть, вытирать и расставлять по полкам посуду. Бесконечные ряды тарелок - вот что осталось в памяти несчастного ребенка. До поры до времени советник имперского управления вооружений Книпкамп справлялся со своими комплексами, хотя его проект автоматической пушки, стрелявшей плоскими дискообразными снарядами в свое время напугал управление до нескольких инфарктов (очевидцы рассказывали, что действующий образец больше всего напоминал взбесившуюся посудомоечную машину, а водяное охлаждение ствола, дававшее облака пара, только усугубляло это впечатление). Поэтому ничего не подозревавший главный конструктор Эрвин Адерс поручил инженеру конструирование ходовой части. Говорят, что увидев первый образец, Адерс сожрал две упаковки валидола. Затем он спрятал в кабинете трех самых крепких своих инженеров, положил к карман пиджака именной П-38 и вызвал Книпкампа для объяснений.
    - Это что? - руки Главного Конструктора заметно дрожали.
    - Экспериментальный образец нового прогрессивного шасси, - нездоровый блеск в глазах инженера напугал Адерса до такой степени, что он забыл про пистолет.
    - Но зачем в четыре ряда???!!!
    - Потому что! Так! Лучше! Плавность! Хода! - уловив истерические нотки в голосе конструктора,
    инженеры в шкафу тихо упали в обморок.
    - Но через месяц нам сдавать машину! - простонал Адерс, прикидывая, отправят ли его в концлагерь или сразу расстреляют.
    - Все будут в восторге, - заверил его Книпкамп.
    Надо сказать, что после показа второго образца, управление вооружений решило не рисковать и поручило разработку тяжелого танка еще и фирме Порше. К счастью для антигитлеровской коалиции, у Порше были свои тараканы в голове. Фердинанд Порше очень любил всевозможные электрические прибамбасы, поэтому в качестве двигателя для своего монстра он выбрал не примитивный Майбах, а соорудил целую цепь из бензомотора, генератора и электромотора. Чтобы картина была полной, следует добавить, что на каждое из ведущих колес полагалось по своему электромотору, поэтому общее количество двигателей и генератров в танке достигало шести. По слухам, после представления проекта часть сотрудников фирмы, что поумнее, поступила добровольцами в Вермахт и, страшно довольная собой, уехала в Польшу. Самые же умные бежали во Францию и стали членами Сопротивления. Тем временем Германия напала на СССР. В начале июля Порше и Адерса срочно вызвали в Куммерсдорф. Прямо у машины их встретил прилетевший с фронта на полчасика Гудериан, и, нежно обняв за плечи, повел в какой-то ангар.
    - Ну, господа, что вы на это скажете? - голос Гейнца можно было намазывать на хлеб вместо повидла.
    - Donnerwetter! - Адерс сел где стоял, а Порше схватился за сердце.
    Посреди ангара стоял закопченный монстр без гусениц, с броней, напоминавшей лунный ландшафт.
    - Что это? - просипел Порше.
    - Это? - голос Гудериана был слаще сахарина. - О-о-о, это очень интересная штука. Это русский тяжелый танк. По нему стреляла половина 6-й дивизии, а остановился он только когда у него кончилось горючее. С Леебом случилась истерика... А теперь!!!!
    Температура в ангаре упала на десять градусов, Адерс с тоской поискал глазами Манштейна... Гудериана оттащил Шпеер и Тодт. Тот вырывался и орал
    - Arsch mit Ohren!!! Эти Bierfickeren четыре года делают унитазы на гусеницах и называют их тяжелыми танками! Mit solchen Arschloecher werde ich bald fertig! Тодт, сука, пусти, я им arsch порву! В то время как немецкий народ под руководством великого фюрера...
    При этих словах Тодт и Шпеер сделали "Хайль Гитлер", выпустив при этом Гудериана, и тот немного побил конструкторов ногами. Устав, он оправил мундир и сказал: Значит так, Arschlochen. Русский танк вы видели. Если через полгода у моих орлов не будет такой же, только лучше, я вам обоим Eier оторву. Или нет, я позвоню Гиммлеру и скажу, что вы оба - скрытые евреи.
    Конструкторы утерли кровавые сопли и сделали выводы. Работы пошли ударными темпами. Очень скоро, выяснилось, что перспективное 75-мм орудие, которое предстояло установить на танк Адерса, конечно, очень хорошее орудие, но имеет несколько экзотичный бронебойный снаряд, содержащий 1 кг вольфрама. Вольфрам был в Рейхе настолько стратегическим сырьем, что конструкторов орудия сразу отправили на Восточный фронт, а Адерс имел очень неприятную беседу с дедушкой Мюллером. Пришлось идти к Порше и выпрашивать у него запасную башню. В этой башне стояла 8.8 см танковая пушка, которая в предыдущей жизни была зениткой. Это было очень мощное орудие, но танкисты не раз замечали потом, что стоит над полем боя появиться вражескому самолету, как Тигр необъяснимым образом начинает задирать ствол и крутить башней. 20 апреля 1942 г. по одному образцу от каждой фирмы было привезено в ставку Гитлера в Восточной Пруссии. Уже при разгрузке бравые поршевцы воткнули свой танк в грунт. Хитрые же хеншелевцы сгрузили свой 70-тонными краном, чем вызвали у присутствовавших танкистов, особенно техников, приступ необъяснимой тревоги. Танки показали Гитлеру, и он сразу наградил Порше Крестом за военные заслуги. После этого танки немного поездили. Танк Порше ездил быстро, но, разворачиваясь, закладывал виражи шире, чем "Ланкастер". Танк Хеншеля ездил медленнее, но зато разворачивался на месте. Правда при этом двигатель у него нагрелся так, что его пришлось сполоснуть жидким азотом. Для дальнейших испытаний танки повезли на полигон в Берк. Электротрансмиссия танка Порше постоянно выходила из строя, пробки постоянно выбивало, предохранители горели и от танка несло горелой изоляцией. После осмотра фюрер снова подошел к конструкторам.
    - Фердя, что за движок на твоем танке? - фюрер ласково похлопал по плечу своего любимца. Порше начал объяснять свою систему электротрансмиссии. Фюрер слегка переменился в лице.
    - Электрический? Фердя, у тебя крыша поехала? Да на твоего слона батареек во всем Рейхе не напасешься? Какова у него дальность хода? 50 км??? А потом что, зарядную станцию к нему подгонять? Ах бензомоторы? ФЕРДИНАНД, ТЫ ЧТО, ИДИОТ??? Два мотора на танке??? Не два? ШЕСТЬ??? ПОдайте мне ковер!
    Фюрер сгрыз принесенный адъютантом половичок, слегка успокоился и дал рыдающему Порше свой носовой платок:
    - Ну ладно, не плачь, все равно я тебя люблю. Это ты просто переутомился. Съезди в Альпы или Париж, отдохни, а потом я тебе другое дело поручу, есть у меня одна задумка... "Мышонок" называется, - фюрер захихикал и подошел к Адерсу.
    - Ну-с, а что тут у тебя... ЭТО ЧТО???
    - Катки, - с истерической бодростью отрапортовал Адерс.
    - Вижу, что катки! Почему в четыре ряда!
    - Для лучшей плавности хода! Разработано нашими инженерами под моим руководством! Плод арийского гения! Позволяет танку стрелять на ходу!
    - А раньше что, нельзя было стрелять? - озадачено спросил фюрер.
    Адерс прекрасно знал, что танк может стрелять хоть на ходу, хоть в падении, хоть перевернутый, был бы снаряд в орудии. Потому что стрелять и попадать - это принципиально разные вещи. Но идти на попятный было уже поздно:
    - Нельзя, мой фюрер! Когда танк подпрыгивает на ходу, снаряд может от толчка перекоситься в пушке!
    Поскольку всем присутствовавшим при разговоре танкистам Адерс предварительно хорошо забашлял и пообещал отмазать от Восточного фронта, они хором подтвердили слова Адерса и танк был принят на вооружение. С этой минуты начались злоключения танкистов - союзников и немецких ремонтников, но это уже совсем другая история...
    Часть вторая

    Первые четыре Тигра были произведены к 18 августа 1942 г. Гитлер немедленно вознамерился отправить их куда-нибудь повоевать. До Сталинграда везти было долго, в Африке Роммель гонял англичан полотенцем, поэтому решено было отправить танки под Ленинград.
    - Представляете, - хихикал фюрер. - Сидят русские, а тут - РАЗ!!!
    Танкисты имели свое мнение, но высказал его только Гудериан:
    - Но мой фюрер, во-первых, там у русских болота...
    - Ну и что?
    - Э-э-э, как бы так сказать... Танк - он очень тяжелый. Соответственно, если он поедет по болоту, то может застрять.
    - Но русские же ездят!
    - Русские - дети природы! Они едят мох, спят под открытым небом, знают все тропинки и перетаскивают
    свои танки на руках. И потом, не лучше ли немного подождать два месяца и РРРАЗЗЗ - въехать на ста Тиграх в Москву?
    Фюрер демонстративно съел небольшой палас и Гудериан признал свою неправоту. Четыре тигра были отправлены под Ленинград. Тигры, в принципе, были неглупыми зверьками, поэтому уже в первой атаке у двух из них резко сломались коробки передач, а у третьего загорелся двигатель. Танки отбуксировали в тыл, после чего специально приехавшие сотрудники гестапо показали им фотографии работы пресса для переработки металлолома на заводе Круппа. Тигры судорожно сглотнули и сказали, что выводы сделали.
    Следующее наступление было через две недели. Тигров передали 170 пехотной дивизии. Командир дивизии долго чесал в затылке, раздумывая, что ему делать с четырьмя слониками. Тигры, перед внутренними взорами которых стояла картина работающего пресса, всем видом своим выражали непреклонную решимость давить и сокрушать.
    - Dingsda какая-то, - сказал он, наконец. - Ладно, езжайте вон по той дорожке. Что найдете - можете давить. Наших там вроде нет. Если въедете в Петербург, позвоните мне.
    - А пехота? - робко спросил один из Тигров
    - Какая пехота? Вы о чем? - неубедительно возмутился командир дивизии.
    - Да мы так, ни о чем, - сникли Тигры и, подбадривая друг друга поехали по узенькой дорожке посреди болота.
    В тот день голодные русские артиллеристы были особенно злы - махорку на позиции не доставляли уже неделю. Когда командир противотанковой батареи увидел двигающиеся по дороге четыре огромных танка, он не стал, как ожидалось, бегать кругами и кричать: "Мы сдаемся! Щас только комиссаров перестреляем!" Вместо этого он выплюнул козью ногу, в которую вместо махорки заворачивался ягель пополам с соломой и со словами: "Все, казззлы, вы докукарекались" лично встал к панораме. Первый Тигр русские просто подбили. Три остальных не были готовы такому повороту событий и запаниковали. Поскольку русские продолжали стрелять они быстренько сломались и притворились мертвыми. Ночью их вытащили на буксире. С оставшегося мертвого Тигра русские разведчики свинтили на сувениры все, что могли. Сувениры отобрали в особом отделе и отправили для дальнейшего изучения. Чуть позже, число Тигров под Ленинградом довели до семи. В ответ русские убили пять из них, хотя сами немцы утверждают, что три Тигра покончили с собой исключительно из презрения к русским. Убив первого Тигра советские солдаты долго ходили вокруг и чесали в затылке, пока кто-то не предложил отправить тушку товарищу Сталину.
    Ознакомившись с Тигром товарищ Сталин разгрыз трубку и вызвал из Танкограда конструктора Котина.
    - Таварыщ Котын, чито ви на это скажэтэ?
    - ... твою мать, сказал, - интеллигентнейший Жозеф Яковлевич.
    - Будэм счытат, чито ви сказали это про Адолфа Гитлэра, - мудро улыбнулся Вождь.
    Котин облазал танк от гусениц до дульного тормоза и хмуро вытянулся перед Сталиным.
    - В общем, товарищ Сталин, одно из двух - либо это мутант, либо...
    - Что "либо"? - мягко подбодрил конструктора товарищ Сталин
    - Либо - полный звиздец, - твердо сказал Котин, прекрасно знавший, что до конца войны его точно не расстреляют.
    - Как гаварыл таварыщ Лэнын, нэт такого звыздеца, каторый нэ пэрэзвыздэлы бы балшэвыкы.
    - Будем стараться, товарищ Сталин, - вытянулся конструктор.
    - Конечно будете, - совершенно без акцента сказал Вождь и Котин понял, что шутки кончились.
    Тем временем, неотвратимо надвигалось лето. Немецкое командование готовилось внезапно срезать Курский выступ. Советское командование готовилось внезапно этому помешать. В полной тайне немцы сосредотачивали огромные силы о оснований выступа. Русские старательно делали вид, что ничего об этом не знают, а траншеи копают просто так, от нечего делать. Стаи тридцатьчетверок ползли по ночам к линии фронта, отлеживаясь днем в оврагах. Те, что попадались на глаза немецкой воздушной разведке принимали самый беззаботный вид, резвились, гонялись друг за другом и старались выглядить как можно более ничего не подозревающими.
    К началу Орловско-Курской операции, которую немецкое командование, уже имевшее представление об уровне осведомленности противника, с мрачным юмором обозвало "Цитадель", на Курскую Дугу сползлось 146 тигров. Ночью 5-го июля командование Центрального и Воронежского фронтов приказало немного пострелять по позициям немецких войск - просто чтобы намекнуть, что все готовы и можно начинать. Немцы, почему-то, начали с некоторым опозданием. Немецкие танки поехали на советские позиции. В первых рядах ползли Тигры, необычайно гордые оказанной им честью. Первое время почетная задача убоя немецких бронированных зверьков была возложена на противотанковую артиллерию и пехоту. Несмотря на потери, артиллерия и пехота с задачей более-менеее справлялись. Коварные советские артиллеристы, зная, что броня Тигров непробиваема, наловчились отстреливать бедным зверькам все, что выступает за пределы броневого корпуса - от орудий до многострадальных катков. Кроме того, русские применяли гнусную и развратную тактику "заигрывающих орудий". Для этого несколько пушек маячили на холмах и, завидев Тигров, начинали разнузданно подмигивать им панорамой, зазывно отставлять станину и вообще привлекать внимание. Когда же доверчивые немецкие танки бросались навстречу, из кустов вываливала целая орава противотанковых пушек и с криком: "А кто тут к честным женщинам лезет!" устраивала безобразную драку.
    Русская пехота, в основном, хитрым образом маневрировала вокруг танков, то прячась, то вновь являясь и ловя момент, чтобы положить на крышку моторного отделения связку гранат или бутылку с бензином.
    Необычайные трудности доставляло немцам так называемое нахальное минирование. В самый разгар наступления перед идущими в атаку немецкими танками вдруг останавливался потрепаный русский грузовик, и несколько небритых личностей предосудительного вида начинали деловито закапывать что-то в землю прямо на дороге.
    - Эй, эй, что это вы там делаете, - возмущенно кричал головной Тигр
    - НЕ видишь что ли - дорожные работы проводим, - нагло отвечал старший русский, продолжая копать аккуратные ямки.
    - А что вы тогда в землю закапываете?
    - Не знаю. Нам приказали - мы закапываем.
    - Это возмутительно! Мы, между прочим, здесь наступаем! У нас график! Мы должны в 12:30 выйти к поселку, как это он называется... "Горьелое".
    - А у нас план. До 12:15 выкопать сорок ямок.
    - Мы будем жаловаться! Кто у вас командир?
    - Военная тайна, - ехидно отвечали русские саперы.
    - Ну ладно, мужики, давайте по-хорошему. Тут объезд есть?
    - Есть конечно. Вон по той балочке, - как-то слишком быстро соглашался русский.
    Тигры уезжали в указанном направлении только для того, чтобы вернуться через полчаса:
    - Мужики вы что? Так же нельзя! Там мины какие-то! Дитрих, вон, подорвался!
    - Ох, мужики, простите, - на глаза русского сапера наворачивались кристалльно чистые слезы раскаяния. - Опять у нас что-то напороли. В любом случае, мы тут закончили, так что можете смело ехать.
    - Ни пуха ни пера! - кричали русские саперы, садясь в грузовик.
    - К черту! - дружно отвечали Тигры
    - К нему, к нему, родимому, - бормотали русские, сворачивая за ближайший холмик.
    Тем не менее, настал момент, когда в наступление пришлось идти советским танкистам, и тут Тигры, наконец, развернулся. Типичный танковый бой между тридцатьчетверками и Тиграми проходил так.
    - Что-то как-то тихо, - озабочено говорил советский командир.
    - БАММММ!!!!
    - У-у-у, твою мать, - говорили советские танкисты, выбираясь из разбитого танка.
    - У-у-у-у-у, мать твою, - говорили уцелевшие тридцатьчетверки, прячась кто где.
    Тигры на горизонте довольно ухмылялись. Довольно быстро выяснилось, что могучие танковые атаки, которые и раньше-то удавались с большим трудом, теперь стали совсем невозможны. Особенно наших танкистов возмущало то, что Тигр не пробивается не только в лоб, но и в борт.
    - Это, в конце концов, нечестно, - кричали они Тиграм. - Куда же вас тогда подбивать?
    - А никуда, - издевательски смеялись Тигры. - Мы вас сами всех подобьем.
    Нашим оставалось только скрежетать зубами.
    Когда Жуков положил перед товарищем Сталиным доклад о рузльтатах Курской битвы, товарищ Сталин едва не проглотил трубку:
    - Таварыщ Жюков, ви, канэчна, каммуныст, но бога-то пабойтэс! Какие шестсот падбытых тыгров?
    - Ну, конечно, тут мы немного преувеличили... - вздохнул Жуков. - Восемьдесят штук мы подбили.
    - А нашых сколко падбылы?
    - Бить не будете?
    - Не буду, - сказал вождь без акцента и Жуков молча положил перед ним другой листок.
    - Мда-а-а, - крякнул вождь, трамбуя табак в трубке. - Чем вы это объясните, товарищ Ротмистров?
    - Ну так, мы это, того, а они, это, того... - ответил бравый танкист.
    - У них танки помощнее, - перевел Жуков.
    - Насколько я слышал, танки с танками не воюют! - наставительно поднял палец Сталин.
    - Оно, конечно, так, но иногда и этак! - возразил Ротмистров.
    - По-всякому бывает, - перевел Жуков. - И вот когда это "по-всякому" все-таки случается...
    - Знаете, товарищи, - задумчиво начал Сталин, - когда товарищ Сталин был в Туруханской ссылке, ходили он как-то на медведя...
    Жуков и Ротмистров скептически переглянулись
    - А чтобы вы знали, товарищи, - продолжал Сталин, делая вид, что ничего не замечает, - самое трудное при этом - выманить медведя из берлоги. Пока он в берлоге - хрен его достанешь... А вот если выманишь... В общем, товарищи, гибче надо. Выманивать фашистского зверя из его логова, а еще лучше - заманивать в наше! Понятно?
    - Так точно!
    Собственно, в частях уже давно пришли к тем же выводам. Драки с Тиграми стенка на стенку быстро стали непопулярны, вместо этого в ход пошли всевозможные азиатские хитрости. К примеру, под Харьковом танкисты 1-го мехкорпуса применили следующий тактический прием:
    -Тигр (читает из разговорника): Полье чистое! Ташь не ташь мне поетинщика? Вихоти тесять русски танк на честный бой, на поб.. поб... побраночку!
    -Т-70 (из кустов): Бже ж мой, шо ви такое говорите? Шоби ви знали, танки с танками не воюют. Танки воюют с пехотой, я извиняюсь. А ви што-то все время к нам лезете... Ви што, танкосексуалист?
    Естественно, от таких оскорблений у тигра срывало башню и он рвался в кусты, чтобы разобраться с ругателем... И расставался с башней уже по-настоящему. В другом месте в течении недели по передовой демонстративно очень быстро ездил Т-34 с надписью: "Танк Героя Советского Союза, дважды еврея Советского Союза Моисея Абрамовича Финкельштейна. Все фашисты, извиняюсь, педерасты". Несмотря на то, что надпись была полность лжива (командира танка на самом деле звали Евгений Соломонович Рабинович, он был обычным евреем и ГСС на тот момент еще не стал, да и фашисты далеко не все были педерастами), отважному танкисту удалось выманить на минное поле двух Тигров. Интересный прием применил один раз танкист Петр Героев. Оказавшись, случайно, один на один с Тигром, он принялся очень быстро ездить вокруг него. Тигр стал, соответственно, крутить башней, пытаясь достать нахала. Все быстрее мчался танк Петра Героева, все быстрее крутилась башня Тигра. Потом она внезапно остановилась, из нее вылез командир Тигра, встал на четвереньки, после чего его бурно стошнило. Остальных, как позже выяснилось, стошнило прямо в танке. Однако наиболее результативным считается непрямой разгром батальона Тигра под Фастовом. Батальон был переброшен к фронту для ликвидации прорыва. Не доезжая до линии фронта Тигры увидели разбитую немецкую колонну. Посередине разгрома высился вбитый в землю столб, на котором белела записка: "Прорвали линию фронта, теперь мочим вас, козлов, в сортире. Если не слабо - ждем вас на высоте 235.7. Двести русских танков". Проехав двадцать километров, и бросив по дороге две неисправных машины, Тигры нашли на высоте 235.7 раздавленную немецкую бтарею и новую записку: "Ждали вас, ждали, задолбало. мы теперь в деревне Убитое. Будем ждать вас там, если успеете. Двести русских танков" проехав сорок километров, и потеряв еще четыре танка, Тигры приехали в деревню Убитое. В деревне они нашли только немецкий автопарк, распаханый гусеницами и третью записку: "Ну вы и сыкуны! два часа вас ждали, задолбались! Короче, ждем вас прямо в Фастове, если уж и туда не поспеете, то козлы вы все и слабаки". Напрягая силы, Тигры на последних каплях бензина доползли до Фастова, оставив на обочинах еще шесть поврежденных машин, где и нашли последнюю записку: "Гы-ы-ы, круто мы вас накололи? Красная армия уже на сто километров продвинулась, а нас самих было не двести, а только сто!" Оставшиеся тигры покончили с собой от позора и огорчения.
    Тем не менее, Тигры были чрезвычайно опасным противником, но, к счастью, они все же имели одно слабое место. Этим местом была их ходовая часть... Не счесть эпитетов, которыми озверевшие немецкие механики наградили инженера Книпкампа, меняя катки на чудовищной махине. Поскольку на замену одного катка из внутреннего ряда уходило до суток, многие не выдерживали, пускали пену изо рта и бросались на Тигра с ломом, колотя ни в чем неповинную машину по чем придется. Известно, что танкисты, воевавшие на Тигре до самой смерти не могли не только есть с тарелок, но и видеть их. Вид стопок тарелок могла довести до инфаркта закаленного вояку, прошедшего русскую кампанию и лагеря для военнопленных. Чудовищная по размерам и жестокости драка между офицерами Люфтваффе и Панцерваффе, произошедшая в мае 1944 г. в баре Drei Ferkels und Sieben Gnomen Bar в Берлине, драка, из-за которой на три месяца вышел из строя состав двух гешвадеров и одного шверепанцерабтелунга, произошла из-за, казалось бы, совершенно невинной шутки. Пивший вместе с летчиками штандртенфюрер СС послал от их имени за стол танкистам горку тарелок, сложенных в шахматном порядке... (Проведенное расследование так и не установило личность штандартенфюрера. Офицеры Люфтваффе в больнице вспоминали, что звали его Отто, Отто фон..., дальше вспомнить не могли. Впрочем, все сходились на том, что он им кого-то напоминал). В результате танкистов и летчиков разнимали при помощи пожарных брандсбойтов, причем дерущиеся даже не заметили произошедшего налета тысячи американских бомбардировщиков.
    Зато, следует признать, Тигр был очень просто в управлении. Управлять им мог любой член экипажа, и, вообще, должность механика-водителя Тигра считалась в Панцерваффе чем-то непрестижным. Командиры, желая пристыдить своих нерадивых водителей говорили: "Ну ты и сапожник! Тебе только Тигром управлять". Кроме того, Тигр имел очень мощное вооружение, что позволяло отдельным немецким танкистам набирать невообразимые личные счета. Так, к примеру, однажды шесть Тигров 101 тяжелого танкового батальона под командой оберштурмфюрера СС Михаэля Виттмана за полдня уничтожили триста советских танков, что примерно в два раза превышало наличный танковый парк Красной Армии на этом участке фронта. Не удовлетворившись этим, на следующий день они уничтожили еще двести советских танков, и только внезапная атака уже тысячи советских танков заставила героев отступить.
    Однако, союзники не желали понимать, что они должны по определению проигрывать таким замечательным и грозным машинам, и продолжали наступать и даже иногда уничтожать Тигры. К 1 марта 1945 г. из 1200 произведенных Тигров в живых осталось только 185. Оставшиеся в живых после капитуляции были забиты согласно ее условиям.
    Остается отметить интересное явление имевшее место в Советском Союзе. Легенда о непобедимом и непробиваемом немецком Танке настолько укоренилась среди советских танков, что несколько Т-44 даже создали Клуб Исторической Реконструкции, посвященный исключительно Тигру. Они переодевались в Тигров, красили себя в немецкую окраску, наносили немецкие опознавательные знаки (надо признать, довольно неумело) и устраивали реконструкции сражений с участием Тигров. Кончилось тем, что после демобилизации они были приглашены на Мосфильм и приняли участие в съемках многих исторических фильмов, как у нас в стране, так и за рубежом

    Взято с WWW.FORUM.HOBBY.NET.UA

    Добавлено спустя 2 минуты 35 секунд:

    Королевский Тигр


    Темным и вьюжным зимним вечером 1943 г. тигриный папа Эрвин Адерс перечитывал письмо, пришедшее с утренней почтой. Весь день "тяжеловесный Эрвин", как звали его некоторые остряки, отбивался от настойчивых приглашений танкистов посетить их части с дружеским визитом, отдохнуть на лоне зимней природы Восточного фронта, а заодно и поправить здоровье физическими упражнениями. В частности предлагалось перекидать несколько 70-килограммовых блинных катков, заменить парочку сгоревших двигателей и на бис установить на Тигр хоть одну транспортную гусеницу.
    К концу дня, кое-как отделавшись от въедливых танкистов и не менее настырного фюрера, грезившего передвижными крепостями, Адерс засел за чтение почты. Писал племянник, подрабатывавший ремонтником в одной из гренадерских танковых дивизий Панцерваффе. Дивизия месяца три назад получила на вооружение новые тяжелые танки Тигр, и племянник, как и прочие танкисты, спешил поделиться впечатлениями.
    Прочитав приветствия и вопросы о здоровье во славу Рейха, Адерс пропустил второй абзац, где военной цензурой было вычеркнуто все, кроме странных слов, явно не немецкого происхождения. Третья часть письма Адерсу показалась наиболее интересной, как заботливому папаше 57-тонных зверюшек.
    Племянник писал: "Тигр, если ему удается доехать до поля боя, способен "покрошитт ф капусту" любой танк иванов, рискнувший попасть в поле зрения его прицела.
    Однако, дорогой дядюшка, танкисты сетуют, что с эстетической точки зрения Тигр выглядит весьма непрезентабельно, а многие солдаты порасшибали коленки, пытаясь влезть на танк по его вертикальному борту.
    Кроме того, гнусные русские вместо своих танков стали выставлять против Тигров тяжелые гаубицы. От их снарядов танк лопается по всем сварным швам."
    Перечтя эту часть письма пару раз и пропустив прощальные слова с традиционным упоминанием фюрера, Адерс глубоко задумался. Мыслительную атмосферу создавала шумящая за окном вьюга и глухое уханье башенных зениток, отгонявших зловредные бомбардировщики союзников.
    "Действительно" - размышлял Адерс - "Танк, напоминающий ящик для рассады, поставленный на гусеницы, в свете новых веяний выглядит не очень. Хотелось бы создать нечто такое, чтобы ни один танк противника не рисковал даже появляться на горизонте".
    Проведя бессонную ночь, Адерс набросал первые черты нового танка, включавшие в себя сверхмощную пушку, непробиваемую броню и корпус с удобными для глаза и рикошета наклонными броневыми листами.
    На ближайшем совещании у фюрера Адерс рискнул доложить Верховному Главнокомандующему свои соображения. Гитлер, брезгливо покосившись на Адерса, заявил, что пора бы уже бросить заниматься детскими игрушками, а разработать танк, несущий парочку орудий типа Дора. Впрочем, памятуя, что от нотаций его генералы впадают в депрессию, разрешил проектировать новый танк в свободное от работы время.
    Итак, Адерс, окрыленный благословением фюрера, вместо чтения на ночь сказок своим детишкам, самоотверженно встал за чертежную доску. Помня завет Гудериана "Огонь прежде всего", он выбрал для своего нового танка находящееся в опытной разработке противотанково-зенитное орудие КвК 43. Помимо нелицеприятной для любого союзного танка бронебойности, орудие обладало досягаемостью по высоте примерно 10-12 км. Это, по мысли Адерса, позволяло танковой дивизии самостоятельно отражать налеты стратегических бомбардировщиков союзников, переплюнув орлов самого рейхсмаршала Геринга. У орудия был один недостаток: до сих пор никому не удалось подсчитать нормочасы и затраты на его изготовление.
    Кникебаном в сторону фюрера стала неимоверной толщины броня, обеспечивавшая неплохую защиту, но увеличившая массу и габариты танка настолько, что перетаскивать его можно было только портовым краном, а становиться в укрытие следовало за хату средней зажиточности. О втором требовании - обеспечении приличной маневренности - старались не вспоминать.
    Небезызвестный инженер Книпкапм, разумеется, приложил руку к ходовой части машины. Улучшив свою идею шахматной подвески, Книпкамп расположил ходовые катки так, что один каток надавливал на правую часть трака, а следующий - на левую. Таким образом, при движении танка гусеница оставляла след проползшей змеи приличных размеров и позволяла дезориентировать незадачливые вражеские танки. Впрочем, у пальцев траков забыли спросить, как они себя при этом чувствуют, и зачастую получалось, что при повороте гусеницы ехали дальше отдельно от хозяина.
    Поспешая не спеша, Адерс прорабатывал проект течение зимы 42 - осени 43 гг. А тем временем с Восточного фронта приходили радужные известия о первых детишках тяжеловесного Эрвина - Тиграх. Везде, где бы ни появлялись, они успевали отстрелять все танки противника на 50 км в округе, прежде чем вставали из-за нехватки топлива и неисправностей. Среди немецких танкистов ходила поговорка "Мы будем непобедимы - спасибо нашим Тиграм". И действительно, до зимы 44 г. ни один вражеский танк не рисковал встретиться с ним в открытом бою. Поэтому, если русские замечали Тигр вовремя, они объезжали его с такой скоростью, что тот не успевал за ними угнаться. В результате, хотя Тигр сам по себе и был непобедимой единицей, русские фронты успешно двигались на запад.
    Вечный тигрястый конкурент фирмы Хеншель и лично Адерса, Фердинанд Порше, разумеется, не позволил себе остаться в стороне от разработки нового танка. Одержимый идеей доказать окружающим возможность применения на танках электротрансмиссии собственной разработки, Порше организовал ее на своем прототипе. Результат был плачевный. В декабре 43 г. главой ПанцерКомиссии стал генеральный менеджер фирмы Хеншель фон Гейдекампф. Он назвал Фердинанда вредителем и недоучкой, который пытается утянуть у Рейха последние запасы меди и предохранителей. В итоге Министерство Вооружений зарубило контракт Порше, а три построенных прототипа совершили короткий бросок из ворот цехов на свалку металлолома.
    20 октября 43 г. деревянный макет нового танка, обозначенного как Тигр 2, был показан фюреру и Гудериану в военном лагере Арис. Гитлер, пришедший в восторг от изделия гениальных немецких лесорубов, велел всеми силами наброситься на организацию серийного производства машины. Добросердечный и интеллигентный Гудериан не стал спорить с фюрером и также обозвал танк "очень удачной конструкцией". Рассчитывал ли он въехать на волне новых танков в Кремль или соображал, что его ребятки будут делать с таким монстром, осталось неизвестным.
    Устранение видимых на глаз конструктивных недостатков и налаживание серийного производства заняло оставшееся время до наступления нового 44 г. В январе из цехов Хеншеля выехали первые серийные Тигры 2. Замечательные планы по выпуску 145 танков в месяц сорвала проблема технической надежности машины, которая при движении оставляла за собой след из отвалившихся деталей. В результате в боевые части Тигры попали в июне 44 г. и еще в течение двух месяцев немецкие танкисты знакомились с новой машиной.
    К этому времени Красная Армия уже успела набить морду поочередно всем трем немецким группам армий, а фронт бравого маршала Конева форсировал Вислу у польского городка Сандомир и присматривался к дорогам на Берлин. Взбешенный Гитлер приказал спихнуть обнаглевших русских с плацдарма в реку. А чем же это следовало сделать, как не новыми всесокрушающими танками? Под Сандомир был отправлен 501-ый тяжелый танковый батальон, прошедший переподготовку на Тиграх 2.
    Выгрузившись на местной станции и совершив 3 километровый марш до предполагаемого места вступления в бой, батальон потерял значительную часть боеготовности - на дороге осталось 10 неисправных машин. Потратив пару дней на приведение матчасти в надлежащее состояние, батальон в составе 20 исправных танков Тигр 2 и пехоты перешел в наступление.
    Тактически грамотные немецкие танкисты не стали наступать в лоб окопавшимся русским, а выбрали единственную в окрестности дорогу, выводившую наступавших как раз во фланг противника. Совершенно случайно рядом с дорогой оказался 85-мм стог с сеном. Далее замаскировались прочие машины танковой бригады. Туманным утром 13 августа русские танкисты услышали нарастающим гул двигателей и лязг гусениц. И наконец из лощины на дорогу с трудом выполз агрегат, отдаленно смахивавший на разжиревшую Пантеру. Пока командование разбиралось, кто это еще тут шляется, мимо сенного стога проползло уже три громадины, и гвардейский экипаж стога открыл огонь на поражение, мудро рассудив, что сначала надо ввязаться в драку, а там видно будет. Прежде, чем немцы сообразили, что происходит, на дороге горели уже все три Тигра. Не желая оставаться в стороне от разборки, командир бригады заорал в рацию "Наших бьют!", в результате чего открыли огонь все ближайшие русские танки и гаубичные дивизионы, а сверху на обалдевших немцев свалилась штурмовая авиация.
    Потеряв изрядную долю самоуверенности, немецкие танкисты на предельной скорости ломанулись обратно, а вошедшие во вкус русские - за ними. В итоге боя не успевшие удрать Тигры были уничтожены, а также захвачены три исправные машины. Две из них были брошены экипажами, понадеявшиеся больше на скорость своих ног, чем на гусеницы танков, и еще один Тигр на окраине местной деревеньки застрял в неудачно подвернувшейся луже.
    Поскольку с Тиграми 2 русские еще не сталкивались, все 3 трофея были отправлены в тыл для транспортировки в места изучения трофейной техники. Судя по всему, танки решили врагу живыми не сдаваться, поэтому ломались через каждые 10 метров, и один Тигр пришлось разобрать на запчасти двум другим. В конце концов, танки были доставлены на полигон, где одного из них обкатали, разобрали на винтики и расстреляли в решето, а второй занял место в танковом музее Кубинка, где и пребывает до сих пор.
    После столь решительного дебюта немецким танкистам понадобилось 2 месяца, чтобы восполнить потери и снова решиться сесть на Королевских Тигров. В ноябре 44 г. под Будапештом появился 503-ий танковый батальон. В ходе боев немцы выяснили, что располагаться в засаде в таком танке - сущее удовольствие, а вот наступать - куда проблематичнее, если только противник не прошляпит их появление. Так, во время обороны Будапешта немцы начистили нюх трем русским танковым корпусам, но контрнаступление под Балатоном окончилось печально - герр Верховный Главнокомандующий, фюрер и пр. и пр. распорядился снять у танковых дивизий СС нарукавные нашивки. В результате он получил их вместе с наградами, упакованными в переносной сортир.
    В январе 45 г, во время Висло-Одерской операции 524-ый танковый батальон, вооруженный Королевскими Тиграми, столкнулся нос к носу с ИС-2 у деревни Лисув. Местные старожилы рассказывают легенду, согласно которой в здешних местах сцепились два стада реликтовых динозавров, не поделивших места кормежки, и, мол, если забрести в тот самый лес, то можно обнаружить валяющиеся там гигантские скелеты.
    Как и следовало ожидать, незамедлительно появились асы-танкисты Королевских Тигров. Одним из них был гауптшарфюрер Карл Корнер. В апреле 45 г. он, поддерживая контратаку своей пехоты к востоку от Берлина, наткнулся на мирно перекусывавший прямо на передовой русский танковый корпус. После этой встречи он всем рассказывал, что уничтожил 52 танка и успешно отступил. За это достижение 29 апреля Корнер получил Рыцарский крест непосредственно из рук фюрера.
    Воевали Королевские Тигры и на Западном фронте. Танкисты союзников, уже имевшие горький опыт общения с Тиграми 1, благоразумно уступали им дорогу, одновременно вызывая на головы несчастных немецких танкистов свои самолеты. При полном господстве союзников в воздухе это не сулило немцем ничего хорошего. Т. о, основные лавры противника Королевских Тигров на Западном фронте получил самолет, но и пехотинцы союзников с удовольствием фотографировались на подбитых машинах.
    Боевая карьера Королевских Тигров завершилась в Берлине и Чехословакии. Отстреливаясь на улицах Берлина до последнего, они тем не менее не смогли помешать русским взять Гитлера за шкирку. Последним танком, уничтоженным в ходе Восточной кампании, стал также Тигр 2. Бедняга был взорван своим экипажем 10 мая 1945 г. в Австрии.
    Взято с WWW.FORUM.HOBBY.NET.UA
     
  2. дриньк

    дриньк Активный участник

    Регистрация:
    08.10.08
    Сообщения:
    1.385
    Симпатии:
    554
    Адрес:
    самара
    Служба:
    01-03г. в/ч 5599 срс
  3. дриньк

    дриньк Активный участник

    Регистрация:
    08.10.08
    Сообщения:
    1.385
    Симпатии:
    554
    Адрес:
    самара
    Служба:
    01-03г. в/ч 5599 срс
    Танк "Черчилль"
    Бурдуков Георгий, С.-Петербург, май 2002 г.
    Пролог
    Конец 1940 года Великобритания встречала в обстановке экономической блокады и внутриполитических междоусобиц. Партия лейбористов была озабочена лишь тем, как вытолкать премьер-министра сэра Уинстона Спенсера Черчилля из кресла председателя палаты лордов, после чего воцариться на месте правящей в настоящий момент партии консерваторов. Обстановка вокруг Британских островов к тому времени более ли менее стабилизировалась - немцы орали "Хайль Гитлер" где-то за Ламаншем. Королевские ВВС и Люфтваффе благополучно занимались взаимоистреблением. С Германским вторжением на острова было весьма проблематично, а северная Африка была завалена макаронами по щиколотку и Роммель еще только готовился завести в Киренаику сосиски, пиво и Африканский корпус. Правда, командующему Германским подводным флотом адмиралу Деницу удалось-таки подговорить своих подчиненных устроить Англичанам неограниченную подводную войну, и теперь они с чисто германской педантичностью отправляли на дно все, что плыло в сторону Британских островов. Но это были всего лишь досадные издержки. Одним словом - война шла как-то параллельно и можно было целиком переключиться на изничтожение политических противников. Однако оттеснить конкурентов от государственной кормушки было делом тяжелым и малоперспективным. Популярность сэра Уинстона, который и без того был личностью незаурядной, выросла за время войны как пенициллин на старой хлебной корке. Для начала он ухитрился организовать эвакуацию Английского экспедиционного корпуса из Дюнкерка, чем обеспечил себе и своей партии огромное число избирателей из числа спасенных Томми. Поскольку кораблей для эвакуации хронически не хватало, хитроумный премьер приказал командующему корпусом лорду Горту, использовать в качестве подручных плавсредств половинки от деревянных ворот и входные двери. Этим он прихлопнул в зародыше готовящуюся операцию "Морской лев", так как немецкий генеральный штаб готовился вторгаться в Великобританию на тех же самых половинках от ворот. С десантными катерами у немцев было напряженно. Вступив в Дюнкерк, немцы обнаружили, что будущие десантные средства банально кончились, а на шее у Вермахта повисло огромное количество военнопленных, на которых ворот не хватило. Теперь их требовалось бдительно охранять, чтобы чего доброго не начали толпами сбегать в партизаны. Вторжение безнадежно зависло, а рейтинг ненавистного лейбористам премьера естественно вырос. Теперь Британия, раздуваясь от гордости и патриотизма, вызывающе показывала из-за Ла-Манша гигантский кукиш в сторону оккупированного Французского берега. Сэр Уинстон, тем временем не тратя лишних слов и драгоценного военного времени, направил Сталину секретное послание с предложением отвесить тевтонскому псу здоровенного пинка по месту, откуда у любой собаки начинается хвост. То есть поступить так, как следует поступить с любой шавкой, посмевшей тявкать из подворотни на Британского льва. С целью создания доверительных отношений, премьер ласково называл своего кремлевского коллегу "Дядюшка Джо", а для полной подмазки искрошил в конверт с дипломатической почтой одну из гаванских сигар, с предложением отпробывать британского самосада, якобы лично взращенного на дворе своего загородного особняка. Сталин, получив послание, на предложение поддался. После первой же затяжки глаза Верховного вылезли куда-то на теменную область, а усы встали под углом строго сорок пять градусов к ужасу собравшегося на обсуждение политбюро. Однако воздух мало помалу все-таки начал попадать куда следует, и облик Вождя сделался более-менее привычным. Верховный немедленно преисполнился жаждой мести за подлую провокацию, с запозданием вспоминая, что сэр Уинстон всегда был ярым и последовательным врагом коммунизма. В качестве аванса Дядюшка Джо приказал Берии отправить в Англию ящик коньяка, предварительно наполнив бутылки авиационным бензином, а Молотову заготовить ответное послание с проектом договора о взаимовыгодном сотрудничестве. Зловредно хихикая и потирая руки в предвкушении удовольствия, Лаврентий Павлович самолично исполнил приказание Верховного, лишь на минутку задумавшись, - а не залить ли вместо бензина в бутылки солярку, ибо тратить высокооктановый продукт на зажравшихся буржуев было по-человечески жалко. Однако хитроумные капиталисты могли ненароком догадаться о наличии у Русских танков с дизельными движками, что наверняка не понравилось бы Верховному с его любовью к кавказским шуткам и сюрпризам. Берия решил не связываться. После предварительной подготовки Вождь всех народов задумался. Как ни крути, а чтобы добраться до обидчика, нужно было прошагать пол Европы, где немцы в настоящий момент занимались благоустройством на национал-социалистический манер. Следовательно - тевтонского пса следовало все-таки пнуть. Желательно так, чтобы летел без остановки до самых Пиренеев. А там, при удачном стечении обстоятельств, мог насмерть пришибить старика Каудильо, брякнувшись ему на голову. Отчего мировому коммунизму получилась бы сплошная польза. Сталин созвал генеральный штаб и приказал готовиться.: Тем временем Черчилль, получив ответ из далекой Москвы, на радостях тяпнул рюмочку полученного на халяву коньяка. Не распробовал. Налил вторую. Опять не распробовал. На третьей рюмке сэр Уинстон с радостью осознал, что коньяк ему начинает нравиться. Воодушевившись, премьер, приказал собрать все сбитые немцами британские самолеты, с трудом дотянувшие до родимых берегов и теперь в изобилии валявшиеся по фермерским полям, что развитию сельского хозяйства не способствовало. На случай начала военных действий на Востоке весь этот дюралелом погрузили на транспорта для отправки в Россию в качестве гуманитарной помощи. Это сразу позволило консерваторам скостить себе налоги за счет благотворительности. Фермеры, чьи поля очистились за государственный счет, тоже были готовы заорать "Хайль Черчилль". Справедливо считая, что это емкое немецкое слово как нельзя лучше отражает испытываемый по этому поводу энтузиазм. Однако патриотизм все-таки перевешивал. Само самой, на таком политическом фоне, шансы лейбористов вылезти в верха были практически нулевые. Следовало любыми средствами опустить премьеру рейтинг.
    Ну и что будем делать?- в сотый раз задал сакраментальный вопрос бывший премьер сэр Невил Чемберлен, консерватор, переметнувшийся в стан противника. Теперь он желчно страдал оттого, что немцы влезли -таки в Европу, несмотря на все его дипломатические хитрости и пришлось уходить в отставку. Помолчал и добавил многозначительно:
    - Сэры?
    Сэры, тем не менее, молчали как партизаны на допросе. Реальных способов отпустить рейтинг не предвиделось. Устроить же какую-нибудь эффективную пакость в русском стиле было не по-джентельменски. Да и сослать премьера куда-нибудь дальше Оркнейских островов даже при самом удачном стечении обстоятельств все равно не удалось бы.
    - Ну?! - в голосе Чемберлена начали появляться истерические нотки.
    Ну?!!!
    Молчание становилось невыносимым. И тут командующего авиацией сэра Артура Харриса внезапно осенило. " Танки!"- зловеще- заговорщицким шепотом изрек он.
    -Германские?- вскинулись как один заговорщики -Где?!!
    " Где, Где:.. В: Воспитание не позволило сэру Артуру объяснить, где должны находиться германские танки.
    "Наши собственные. Английские:. Не знаете что ли, что у нас проектируют? а если до постройки доходит, то получается и того чище:"
    И что?- в один голос, словно прилежные ученики вопросили пакостники.
    И то:Возьмем самый жуткий и безнадежный проект да и назовем его Черчиллем: Если будут вопросы, скажем что перенимаем Русский опыт.
    Как никак будущие союзники. А они обожают нарекать именем Сталина все, что только можно: от самолетов до племенных быков:
    А если скажут, что мы внедряем культ личности?- робко возразил кто-то. - У нас все же демократия? Вроде бы?
    Чушь! - цыкнул сэр Артур. - Все, что есть дурного в этом проекте, будет неминуемо ассоциироваться с Черчиллем. Уверяю, Джентльмены, рейтинг будет падать. А мы тем временем запустим что-нибудь эдакое. Перспективное. Бомбардировщик там, или истребитель: И все будут знать, что лейбористы сделали для Британии в тяжелое для страны время: А тогда консерваторам не видать палаты лордов, как собственных ушей.
    Гип-гип Ура! - дружно воскликнули заговорщики и отправились в ближайший паб отмечать близкую и неминуемую кончину популярности сэра Уинстона:
    История создания.
    Исторические предпосылки.
    Идея сэра Артура несла в себе изрядную долю истины. Британская бронетанковая мысль порой закладывала столь лихие виражи, что авиаторы только диву давались. После первого шумного успеха на Сомме в 1916 году английские генералы поняли, что танки вещь для армии весьма полезная.
    Если не подсчитывать стоимость производства и эксплуатации в войсках. Кто-то из штабных генералов, будучи фанатичным приверженцем теорий Дарвина, вынес оригинальное решение финансовой стороны проблемы, предложив разделить танки по половому признаку. Остальные, потрясенные этой мыслью, быстро разделили популяцию наличных танков на "самцов" и "самок", оснастив слабый пол пулеметным вооружением, а самцам придав для солидности пушку.
    Экипажи "самцов" быстро пришли к единому мнению в качестве какого органа должна использоваться пушка, обсуждалась только техническая сторона вопроса..
    Теория эволюции к тому же сулила радужные перспективы улучшения породы путем естественного отбора и возникновения новых, боеспособных видов. Суровая военная действительность быстро внесла свои коррективы в происходящее. Танки, несмотря на все ухищрения продолжали собирать на заводах, а естественным путем почему-то размножались только экипажи. Создателя эволюционно-бронетанковой теории от разочарования хватил апоплексический удар, а танки так и довоевали разнополым составом. При этом экипажи появившихся под конец " Уиппетов" дружно кидались в драку, стоило кому-нибудь высказать мысль, что подобные ублюдки могли появиться только в результате шашней "самцов" с французскими и германскими танками, ибо собственные "самки" оказались поголовно фригидны, на поле боя ничего путного сделать так и не смогли, а потому самцов не возбуждали.
    После войны мнения, какие именно танки нужны Британии, кардинально разделились. Генералы от инфантерии естественно желали танков для пехоты, мечтая наложить лапу на управление процессом, а многочисленные драгунские и гусарские начальники мечтали о танках, способных в духе времени заменять им лошадей. Пехотинцы тут же выдвинули требование: ограничить скорость танков до минимума, дабы у экипажей не возникало крамольных мыслей: удрать от пехоты и присоединиться к кавалеристам. Лишенные, таким образом, возможности при встрече с орудиями противника, унести ноги в ближайший овраг танкисты сразу поставили условие: усилить бронирование. В результате остались довольны все, кроме кавалеристов. Танкисты, добившись желаемого, могли спокойно дремать в своих машинах по дороге от собственных до вражеских траншей, так как пехота теперь бегала в два раза быстрее, чем двигались забронированные по уши танки. На вражеские пушки танкистам стало до глубочайшей степени плевать, так как новую броню не брало ничего калибром меньше корабельного орудия. Поскольку танки начали передвигаться в два раза медленнее пехоты, солдаты теперь ходили в атаку прогулочным шагом, покуривая трубки и весело обсуждая между собой свои приключения в прошлый уик-энд: Инфантеричные генералы раздувались от чувства собственного достоинства и значимости, и показывали языки в спину проходящим мимо генералам от кавалерии. Последние, однако, не унимались и продолжали бомбардировать министерства требованиями уравнять их с пехотой в правах на получение собственных танков. Министерству было плевать, у него были свои проблемы и в результате генералы переключились на руководство танкостроительными фирмами. В конце концов, половина танкостроителей осталось верна пехоте, а вторая половина продалась кавалеристам душой и телом. Теперь конструкторы работали сообразно устремлениям заказчиков - одни в сторону замедления и утяжеления, а другие соответственно в направлении ускорения и облегчения, причем прокавалерийски настроенная часть старалась проектировать люки пошире, чтобы их любимцы могли рубить врага саблями, как испокон веков заведено в кавалерии. К чести драгун подобными возможностями они в будущем все же не пользовались. Мировое первенство на верность традициям выиграли японцы, бравшие в полет вместо парашюта катану, на случай, если кончится боезапас. В стороне от развернувшейся борьбы осталась только фирма Виккерс, которая быстро скумекала, что нормального Государственного заказа в сложившихся условиях не дождешься, и тихой сапой принялась проектировать и строить вполне приличные танки и продавать их за рубеж. В моменты кратковременных перемирий и пехотинцы, и кавалеристы однообразно ругали артиллеристов, которые в силу природной лени и проистекающего из нее консерватизма, утверждали, что орудие калибром более 2-х фунтов на танке, это баллистический нонсенс. Причём разрабатывать новые артсистемы упорно не желали.
    Тем временем в процесс включилась третья сила. Великобритания была традиционно морской державой, и флот, по определению, занимал во внутренней политике ведущую роль. До поры до времени надменный Гранд Флит не замечал мышиной возни у себя под ногами. Но когда отголоски министерских баталий дошли до адмиралтейства, флотоводцы немедленно встали на дыбы.
    Это что еще за невидаль?- орали адмиралы на 1-го лорда адмиралтейства, сэра Дадли Паунда.
    Кавалерийские танки?-C уздeчками и в попонах? Маразм! И, брызгая слюной, хватались за кортики - Не делай этого, Дадли!! Не делай!!
    - Но ведь совсем без кавалерии нельзя - робко отнекивался сэр Дадли -Традиция!
    Можно!- хором отвечали адмиралы. - Мы всю жизнь без кавалерии прожили и ничего. Лошади передним концом кусаются, задним лягаются, жрут одно сено- позор, да и только. Флот без этого прекрасно обходился со времен Нельсона. А до Нельсона тем более. К черту!
    Раздосадованный Дадли Паунд отправился к королю. Монарх, сам будучи морским офицером, размышлял недолго.
    Хрен с ними! - доверительно шепнул он на ухо Паунду. Хотят танков - пусть зажрутся ими хоть насмерть, но кавалеристов нужно поставить на место. Пусть строят:- крейсерские танки. И ни в 0коем случае не дредноутные. Иначе на нормальные линкоры никакой брони не хватит. А будут возмущаться - прикажу приделать к танкам гребные винты и балластные цистерны. Перископы у них и так уже есть. И в Америку отправлю, своим ходом. С визитом Вежливости.
    Кавалеристы абсолютно не желали переквалифицироваться в подводников и, скрепя сердце, согласились на крейсерские танки. В этом даже был свой плюс, потому что на флоте давно поняли, что башня должна быть вращающаяся. А казематная артиллерия это прошлый век. Правда, зловредный Дадли уже по собственной инициативе предписал количество башен увеличить, потому что на уважающем себя военном корабле башен должно быть много. Первый английский "крейсер" получился трехбашенным. Но танкисты радовались и этому, т.к. обещанные балластные цистерны в проект не вошли.
    Дружественный визит в Америку, таким образом, откладывался. Тут подали голос представители многочисленных колоний, которые, не желая остаться обделенными, требовали своей доли пирога. Какими должны были быть колониальные танки, никто не знал. Поэтому конструкторы просто пристроили к стандартному "Брен-Кэрриеру" крышу с пулеметной башней, слегка подвинув двигатель и добавив лишний опорный каток. После такого подарочка колониальные власти уже не рисковали обращаться в метрополию с просьбами, о какой бы то ни было наземной бронированной технике.
    Каждый получил свое, и бури затихли, до тех пор, пока не вернулась из России группа офицеров, приглашенных наблюдателями на какие-то грандиозные маневры. Наблюдатели взахлеб рассказывали, что русские умудрились пристроить к танку крылья, и теперь техника может просто перелетать с места на место, как ей заблагорассудится словно стая ворон. Идея была воспринята некоторой опаской, но до поры до времени крепко засела в мозгах танкостроителей. В целом же никаких перемен в обозримом будущем не предвиделось.
    Война частично вывела Британскую армию из состояния летаргии. Но прежде чем она окончательно проснулась, немцы успели изрядно испортить англичанам объем циркулирующей крови.
    В Дюнкерке осталась вся тяжелая техника. В Африке тоже нужно было чем-то воевать, потому что даже кошмарные уроды, которых итальянцы плодили во множестве, оказались лучше, чем британские образцы. Танкисты дуче, имевшие на вооружении пушку, упорно не желали признавать за равноценных противников английские МКVI, вооруженные одними пулеметами. Пришлось слать в Африку "Матильды", оказавшиеся на тот момент единственным стоящим танком. Фирма "Лейланд" оказалась впереди всех, и теперь проектные бюро, работавшие на пехоту, изо всех сил тужились изобрести что-либо конкурентоспособное. С крейсерскими же танками дело никак не ладилось. Конструкторы фирмы "Наффелд", воодушевленные идеей крылатого танка, выкатили из запасников танк Кристи, тайком купленный у американцев после пресловутых Больших Русских маневров. В моторное отделение удалось вполне удачно воткнуть авиационный "Мерлин" из соображений того, что на летающем танке двигатель должен быть как минимум от истребителя. Дело осталось только за крыльями, и военные чины воспряли духом, предвкушая пакостный сюрприз в виде воздушного танкового рейда через Ла-Манш. Впрочем, ненадолго. И неудивительно - во время войны весь персонал британских штабов поровну делился на две категории сотрудников: одна половина работала на Абвер, а вторая соответственно на "Интеллиджент Сервис". Примерно такая же картина была и в Германии, только заинтересованных сторон там было больше. А роль МИ-5 выполняло гестапо. Поэтому, обмен секретами между противниками происходил с неимоверной быстротой. Само собой, потрясенный Канарис тут же кинулся к фюреру. Видение британских танков, словно чайки порхающих над Ла-Маншем, произвело на Гитлера столь тягостное впечатление, что он немедленно впал в истерику. Брызгая слюной, фюрер приказал немедленно изобрести противотанковую зенитку и пустить ее в производство, а Деницу удвоить усилия по уничтожению английского торгового флота, чтобы, упаси Боже, британцы не завезли из Америки дефицитный алюминий, необходимый для производства танковых крыльев. Ни Крупп, ни Шпеер понятия не имели, какой должна быть противотанковая зенитка, но для проформы укомплектовали стандартные 88-миллиметровки бронебойными снарядами. Гросс-адмирал Дениц, слушая фюрера, и вовсе держал в кармане кукиш - его подводники без всяких приказов итак творили в Атлантике полный беспредел, и можно было спокойно предаваться радостям жизни во французском Лорриане. Вернувшись из ставки, Дениц походя, обронил адъютанту: "Топите всех", - торопясь в свой любимый бордель. Подводники тут же переместили боевые действия к берегам Америки, предпочитая тропические широты, где можно было без помех загорать на палубе. Однако кто-то от усердия пустил ко дну с десяток американских кораблей, чего делать в принципе не следовало. Американцы обиделись и тут же принялись спускать на воду такое количество транспортов, что немцы физически были просто не в состоянии перетопить.
    Зенитчики, осчастливленные бронебойными снарядами, тем временем пребывали в недоумении, и гадали с чем им придется воевать. Глубинный смысл происходящего до строевых частей довести попросту забыли. Исключительно в порядке эксперимента расчеты одной из батарей принялись азартно лупить по танкам генерала де Голля, вознамерившимся остановить германское наступление. Результаты получились настолько впечатляющими, что вместо заслуженного отдыха в Фатерлянде Роммель сразу записал энтузиастов в формирующийся Африканский корпус в качестве противотанкового дивизиона. Батарейцы устроили наводчикам темную, но было уже поздно.
    Тем временем в Англии прознавший о планах танкостроителей сэр Артур Харрис был серьезно обеспокоен покушением на свои прерогативы. Как никак, задачи завоевания господства в воздухе входили в обязанности авиации. Тем более, что алюминия и так не хватало. Сэр Артур отправился за поддержкой в Адмиралтейство. Оттуда было достаточно лишь один разок напомнить про балластные цистерны и визит в Америку, как конструкторы тут же отказались от идей создания воздушных танковых армад. Алюминий достался авиаторам, и они с радостью извели его на "Спитфайры" и "Галифаксы". Однако танкостроители отвоевали себе право устанавливать на свои изделия авиационные моторы. Конструкторы обещали при этом уравнять танк в скорости по меньшей мере с "Харрикейном". Сэр Артур махнул рукой. Однако на что способны отечественные танкостроители отныне уже не забывал. Попытки экипажей крейсерских танков достичь скорости "Харрикейна" неизменно оканчивались тем, что двигатель загорался. Даже по шоссе крейсерам не удавалось разогнаться до уровня "Бристоль-Бульдога", не говоря уже о "Гладиаторе". По слухам, кому-то из танкистов удалось сравняться в скорости с "Де Хевилэндом" времен I-й мировой при спуске с горы. Да и то двигатель намертво заклинило. Даже при обычной эксплуатации танки то и дело ремонтировались - "Мерлин" все-таки был рассчитан на самолеты, а танк для него был, мягко говоря, тяжеловат. Учитывая проблемы с "крейсерами", взоры заговорщиков обратились к пехотным танкам. Бдительно следивший за танкистами сэр Артур утверждал, что фирма "Воксхолл" готовит что-то многообещающее. Как раз то, что и требовалось.
    Ласковое утреннее солнышко освещало зеленый лужок перед эллингом фирмы "Воксхолл". У распахнутых настежь ворот толпились члены приемной комиссии, армейские чины и представители конкурирующих фирм. Все как один таращились внутрь. Там в темноте что-то лязгало, гремело, ворочалось, наружу тянуло выхлопным угаром, но из ворот упорно ничего не появлялось. Собравшиеся нетерпеливо переглядывались. Самые нетерпеливые шушукались в задних рядах, обсуждая детали предстоящей расправы над шутниками, заставляющими их тратить драгоценное время. - "Терпение, джентльмены" - увещевал их главный конструктор, расхаживающий между присутствующими с видом лауреата Нобелевской премии. - Терпение! Вы не на скачках. Это нормальный пехотный танк. Безо всяких извращений в виде авиационных двигателей или крыльев от "Веллингтона". Мы на нем будем с "Вермахтом" воевать. А вовсе не с "Люфтваффе" и тем более не с "Кригсмарине". Терпение, повторяю Вам! Сейчас доедет!"
    Апологеты крейсерского танкостроения злобно сопели в ответ. Их по-прежнему тянуло в небо. Кто-то набрал было воздуху побольше, намереваясь дать пехотинцам достойную отповедь. Но тут предсказание главного конструктора сбылось. Из темноты показались чудовищные, в рост человека гусеницы. Зрители оторопело попятились. Минут пять гусеницы продолжали выползать на свет Божий, больше ничего видно не было. Собравшиеся силились понять, где находится все остальное, но безрезультатно. Неожиданно над гусеницами обнаружилась башня, величественно проследовала мимо зрителей, потом опять начались гусеницы. Прошло еще минут пять. Присутствующие с интересом ждали чего-нибудь еще. Логика подсказывала, что это самое "что-нибудь еще", ну, просто обязано вот-вот появиться над уровнем гусениц! Внезапно гусеницы кончились, а над ними кроме одной-единственной башни так ничего и не появилось. Зрители почувствовали себя обманутыми, но в чем именно обманутыми понять не могли и от этого ощущали неудовлетворенность и лёгкое раздражение. Между тем чудовище замерло. "Можно смотреть, джентльмены" - объявил главный конструктор, едва двигатель смолк. Никто, однако, не торопился, приближались с опаской. Наконец приблизились. - "И: как на это забираться?" - скептически вопросил кто-то из толпы - "К камушку подъехать?". "Эх, пехота, чего с вас возьмешь - ясное дело по трапу! - авторитетно заявил кто-то из присутствующих флотских. - "Он у них складной:" - и несколько раз дернул за короб радиатора торчащий из борта - Вот черт: Заклинился наверное. Не раскладывается. Да оно и понятно - опытный образец:
    - Нет, нет, джентльмены: прошу сюда. - и главный конструктор с видом экскурсовода распахнул бортовой люк. Наиболее смелые воспользовались приглашением. Остальные все еще присматривались. Кто-то шевеля губами и загибая пальцы пытался подсчитать количество опорных катков, из-за которых танк издали напоминал сороконожку. Цифры выходили запредельные, с учетом внутреннего ряда. Кто-то завернул за гусеницу, но уже через секунду с проклятьем выскочил обратно держась за голову. На лбу незадачливого исследователя четко отпечатался дульный срез 3-х дюймовой гаубицы.
    - Предупреждать надо! - заорал он на главного конструктора.- Провокаторы!
    - Сюрприз!- расплылся в улыбке Главный- "Джерри этого тоже не ждут: а мы их ка-а-аак!!! Главное между гусеницами заманить: А на этот случай есть свои соображения:"
    Из темного нутра танка доносились неразборчивые проклятия. Видимо опрометчиво забравшиеся внутрь экскурсанты неизбежно натыкались на всякие торчащие железяки с острыми углами. Кто-то, окончательно заблудившись в дебрях внутреннего оборудования со страху закричал - Ау!! Но механик-водитель вовремя включил внутреннее освещение. Все сразу успокоились. Экскурсанты облазили закоулки боевого отделения, пощелкали замками орудий, повертели верньеры радиостанции, и полностью удовлетворенные, выбрались наружу через противоположный бортовой люк. Механик-водитель, потрясенный невиданным количеством офицеров и джентльменов в одном танке, облегченно вздохнул и выключил свет. Заговорщики сбились в кучку и, азартно жестикулируя, обсуждали увиденное. У танка остался только джентльмен, продолжающий попытки подсчитать количество катков и постоянно сбивающийся со счета, так как катков было слишком много. До слуха главного конструктора из толпы доносились обрывки разговоров:
    - Отлично! Нижнее орудие никуда не наведешь. Нужно, чтобы танк развернулся.
    - Здорово! С места механика ничего не видно ни справа, ни слева.
    - Прекрасно! Великолепно! Ничего более идиотского, чем 2-хфунтовка в башне от эсминца и придумать невозможно. А скорость-то какова? Двадцать ярдов в час:
    - И трап этот складной никак не раскладывается:- Главный конструктор мрачнел всё больше и больше.
    Наконец присутствующие как один повернулись к нему. Тот затаил дыхание.
    - Вы Гениальны! - от имени присутствующих обратился к Главному Чемберлен.
    - Вы создали :шедевр! Этот танк войдёт в историю Британии!!
    На лицах присутствующих изобразилось полное согласие со словами Чемберлена. Конкуренты на заднем плане исходили желчью.
    - А: под каким названием? В историю?- пролепетал, зардевшийся как девица, Главный конструктор, ковыряя траву носком ботинка.
    - Это нужно увековечить! Под именем нашего дорогого и всеми любимого премьер-министра сэра Уинстона Черчилля! И в серию. Немедленно!
    Лицо потрясенного величием происходящего Главного конструктора приобрело багрово-фиолетовый оттенок. Конкуренты затаили дыхание в надежде, что в самый ответственный момент с оппонентом приключится инсульт, но не тут -то было.
    - А мы! По собственной инициативе! Малую серию! Во славу Британии:- захлебываясь забормотал Главный конструктор. Тут начали багроветь конкуренты. Зато заговорщики были на седьмом небе.
    - Позвольте, Джентльмены, позвольте! - из-за танка появился наконец-то подсчитавший количество опорных катков член приемной комиссии.
    - Какое серийное производство? Да где на эту дуру катков напасешься? Со сталью у нас итак проблеммы. А если серийное производство?
    - Продумано!- весело заявил Главный, лицо которого успело принять нормальный оттенок.
    -У нас на складах касок - завались. Никому не надо. Поставим на каски, что им без дела пылиться. Заодно обскачем этого безумца Книпкампа, который уже 3 года пытается спроектировать хрен знает что на тарелочках:
    - Ну уж нет!- вскинулся представитель интендантства
    - Все учтено, посчитано и к разбазариванию запрещено! Придумали тоже: Танк на касках:Не дам!
    - Да ладно:- окрысился Главный. - Ну кому они, эти каски, нужны: Понаделали их в расчете на колониальные войска, а они каски не берут, носят свои безумные тюрбаны с чалмами. Одни только палестинские евреи кричат: дайте оружие, мол, - мы всем покажем: Вы им каски выдали, взамен винтовок, думали отвяжутся, а теперь эмиграцию ограничиваете- боитесь, что Вас вашими же касками и закидают Так что нечего жаться в трудное для страны время. Интендант сразу усох. Остальные азартно обсуждали перспективы.
    - Что тут происходит, Джентльмены?- врезался в нестройный хор всем знакомый голос.
    - Вы что тут во славу Британии опять задумали? Без ведома Британии? Извольте объясниться!
    Галдеж сразу смолк. Собравшиеся робко попятились, глядя, как из подкатившего "Роллс-Ройса" выбирается сам премьер с неизменной сигарой в зубах. За ним с улыбкой крысы Шушеры появился Дадли Паунд. Собравшиеся расступились, открывая взору приехавших бронированного монстра. Премьер от неожиданности остановился.
    - Что ЭТО?- после длительного тягостного молчания осведомился Премьер.
    - Черчилль, Сэр - Лихо отрапортовал Главный конструктор.
    - Ничего подобного,-сразу же отреагировал сэр Уинстон. - Это я Черчилль. А Вы никакой не Черчилль! Вас я не знаю, так что не пытайтесь влезть ко мне в родственники.
    - Я спрашиваю: Что это! Вот ЭТО!- и кончик премьерской трости уперся в борт танка.
    - Черчилль, Сэр!
    Дружным хором повторили присутствующие - и, съежившись под грозным взглядом главы государства, уже тише добавили:
    "В Вашу честь: Сэр"
    - Та-ак:зловеще протянул премьер, и, пыхтя сигарой заглянул внутрь через бортовой люк.
    - Эй, кто там? Свет включите!
    Механик- водитель, еще не до конца очухавшийся после визита в танк первых лиц государства, щелкнул тумблером, и , увидев самого Премьера, осел на сидении в глубоком обмороке.
    Черчилль осмотрел боевое отделение и полез внутрь.
    - Может застрянет?- вполголоса , ни к кому конкретно не обращаясь предположил Чемберлен.
    - Не дождетесь!- донеслось из танка, и премьер вылез с противоположной стороны. Обошел танк кругом и остановился перед собравшимися чинами и чиновниками.
    - Кто придумал назвать ЭТО моим именем? -осведомился Премьер и безошибочно усмотрел в толпе высокую авиацонную фуражку сэра Артура Харриса.
    - Ага. Понятно. А ну-ка, дорогой мой, идите сюда поближе. И нечего за спины прятаться. И докладывайте. Всё как есть:
    Сэр Артур доложил всё как есть о боевых качествах и технических характеристиках нового танка.
    По мере доклада цвет лица сэра Уинстона начал приближаться к закатному небу. Челюсть его задвигалась, нервно пережевывая сигару, и присутствующие зачарованно следили, как сигара укорачивается. Где-то на середине доклада сэра Артура премьер окончательно дожевал сигару, и зажжённый кончик исчез в премьерском рту. Черчилль выпучил глаза, замахал руками и защелкал пальцами по всей вероятности в поисках воды, чтобы избавиться от жжения. Дадли Паунд, почтительно державшийся за спиной Главы Государства, происходящего не видел, а потому истолковал призывные жесты по-своему. С ловкостью факира он извлек из кармана плоскую фляжку, наполненную Сталинским коньяком, и вложил премьеру в руку. Результат получился прямо скажем ошеломляющим: после изрядного глотка изо рта премьера ударил фонтан пламени, не хуже чем из жерла германского " Фламменверфера": Трава под ногами тут же загорелась. Присутствующие бросились врассыпную. Дадли Паунд, впоследствии, утверждал, что в момент огнеизвержения, за спиной у Сэра Уинстона появились кожистые крылышки. Но ему никто не проверил, так как сплетники говорили, что первый военно-морской лорд и без того слишком злоупотребляет чтением сказок про короля Артура своей внучке перед сном.
    Еще с минуту премьер изображал огнемет, затем заряд иссяк. Все потихоньку уладилось. Траву потушили. Разбежавшиеся вернулись.
    Сэр Уинстон пробормотал только: " У этого, извините, "Танка", недостатков больше, чем у меня самого", и отбыл вершить государственные дела. Оставшийся ликвидировать последствия скандала Дадли Паунд, решил дело быстро, по морскому. Чтобы впоследствии никто не мог обвинить его в каких-либо провокациях и поджигательстве премьера, он тут же наобещал присутствующим множество самых разных интересных вещей, начиная от отправки на африканский фронт, кончая ссылкой на Коррехидор. А "Харрикейн" пригрозил отныне называть "ХАРРИСкейном", чтобы было неповадно.
    Танк Дадли предписал пустить в серию, дабы никто не догадался о случившемся конфузе. Чемберлен, похоронивший было свой коварный план, подскочил от радости почти на фут. Странный пожар на полигоне, свалили на новое секретное оружие "Люфтваффе". Сэру Артуру Харрису приказали немедленно стребовать с конструкторов новый бомбардировщик для уничтожения немецкой промышленности. Харрис тоже подскочил. Гранд Флит оставлял за собой почетную обязанность выйти в море, если Авиация не справится с уничтожением Германского военного потенциала; а до той поры оставаться последней надеждой нации. Сотрудники МИ 5 негласно проверили весь груз коньяка, который Русские продолжали слать с завидной регулярностью, и остались с носом. Чекисты с целью дезинформации додумались добавлять в бензин настоящий коньяк, и докопаться до сути происходящего стало абсолютно невозможно.
    Единственным результатом проверки явилось присвоение названия "Коктейль Молотова" зажигательной смеси, используемой против танков. А уважение к премьеру, как к человеку, способному пить вместо виски подобные вещи, отныне еще больше возросло, назло чемберленовским заговорщикам.
    БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ
    Поначалу британские штабисты никак не могли решить, где использовать своё новое бронетанковое детище. Кто-то заикнулся было про Северную Африку, но идея не прошла. Роммель крутился по Западной пустыне, словно Фигаро на сцене, и для того, чтобы вовремя реагировать на его маневры, требовалось нечто более скоростное, чем пехотный танк. Правда все как-то забывали, что впридачу к скоростному танку желательно было бы иметь скорость мышления самого Роммеля Воспользовавшись благоприятным моментом, Крейсерские танкостроители напряглись и выдали очередную новинку. Это было уже что-то, потому что танк был по Британским меркам надежен,(то есть не ломался через каждые пятьдесят миль пробега, а выдерживал целых семьдесят пять.) и по скорости мог сравняться со знаменитым самолетом Блерио, на котором конструктор в свое время пересек Ла-Манш.
    Танк претенциозно назвали "крусейдером" и отправили в пустыню охотиться на Старого Лиса. В процессе охоты немцы сотворили с "крусейдерами" как раз то, что турки делали с крестоносцами во время крестовых походов. Тем самым они полностью привели название танка в соответствие с результатами его применения. Однако "крусейдер" уже был противником посерьёзнее, и отныне немецким танкистам не воевалось так вольготно, как во времена трехбашенных "крейсеров" и их дальнейших модификаций.
    Таким образом, новый танк поначалу оказался не у дел. Но тут кому-то пришла в голову идея устроить маленький пробный десант в Европу, и посмотреть, что из этого получится. Естественно, всех гусеничных однофамильцев сэра Уинстона моментально привлекли к исполнению разрабатываемого плана. Правда, английские танкисты уже столько натерпелись от собственных конструкторов, что отказались от сомнительного удовольствия идти в бой на их новом изобретении. Пришлось "тренироваться на кошечках" и танки передали канадцам. Серьезного сопротивления со стороны немцев не ожидалось. Тевтонский Пес, прочувствовав грядущую клизму, повернулся и цапнул за ляжку Русского медведя. Медведь достаточно быстро оправился от удивления, ухмыльнулся в роскошные кавказские усы и теперь щедро раздавал оппоненту затрещины, прикидывая момент, когда можно будет врезать всей лапой да как следует. Все германские резервы шли на восток, на восток и еще раз на Восток, а что туда не попадало, застревало у Роммеля. Службу в оккупированной Европе теперь несли ветераны и инвалиды Первой Мировой, еще помнившие Верден и Галлиполи. Особенной опасности для британцев эти дедушки не представляли и в одно прекрасное утро орава канадцев, подкрепленная новенькими "Черчиллями" высадилась на Дьеппский пляж. Результат, однако, получился абсолютно неожиданный для всех. Увидев, характерные, с гусеницами вокруг корпуса силуэты, сидящие в окопах стариканы моментально признали в них своих давних обидчиков, знакомых еще по Сомме и Камбрэ. Теперь появилась возможность поквитаться. Ветераны с дикими криками бросились в контратаку, потрясая костылями, словно Апачи томагавками. Обалдевших от неожиданности канадцев, передавили инвалидными колясками, а танки перевернули на бок и посталкивали с десантных судов в море, подсунув костыли сбоку под гусеницы. Озверелые старикашки действовали ими словно рычагами, под бравое: " Айнс, Цвай, Драй!"- убеленных сединами фельдфебелей. Не помогли даже коварно встроенные в лобовую броню гаубицы, потому что немцы упорно не заманивались между гусениц спереди, а нападали сбоку.
    Вследствие конфуза, Главного конструктора тут же обвинили в непатриотичном образе конструкторской мысли, т.к. "Черчилль" действительно напоминал первоначальной конструкцией французский танк типа "B1", почивший с миром после падения Франции. Гаубицу из корпуса изъяли, а заказы на модифицированный танк поровну разделили между собой фирмы конкуренты.
    Новоиспеченные "Черчилли" направили в Африку с целью показать американцам козу и доказать, что не "Грантом" единым сильна Британская Армия. Новые танки успели как раз к Эль-Аламейну. Колонну Черчиллей на марше засёк немецкий воздушный разведчик.
    Пилоты, увидев вереницу длинных, как вагоны, корпусов, увенчанных к тому же орудийными башнями, сгоряча решили, что к линии фронта движется Британский бронепоезд.
    Выслушав доклад пилотов, командование решило, что они попросту свихнулись от 500 жары и послало на разведку следующий экипаж. Он подтвердил наличие бронепоезда и по возвращении "Юнкерс" встречали санитары со смирительными рубашками.
    Третий самолет прикончили патрульные "Спитфайры", но летчики успели передать, что бронепоезд уже близко, и вот-вот покажется на горизонте. Доложили Роммелю. Тот задумался. Выходило, что горючее и боеприпасы Африканскому корпусу приходилось таскать из Триполи за тридевять земель, их катастрофически не хватало, а Британцы умудрились тихой сапой проложить у всех под носом железную дорогу и теперь могли бесперебойно снабжать свою армию всем необходимым. Война, таким образом, выходила какая-то неравноценная, и Роммель чувствовал обиду, словно ребенок, лишенный на ужин сладкого. На беду Английскую колонну первыми увидели итальянцы. И без того излишне экспансивные от природы итальянские солдаты были донельзя взбудоражены жуткими слухами, просочившимися с авиабазы. Поэтому, стоило кому-то крикнуть: "Бронепоезд!",- при виде колонны "Черчиллей", как воины Муссолини ударились в паническое бегство. Следом за ними из чувства солидарности бросились бежать соседние части. Фронт развалился прежде, чем в штабах вообще поняли, что происходит. В отчаянии Роммель приказал разбомбить злосчастный бронепоезд, но танки уже успели перестроиться в боевой порядок перед итальянскими позициями. Бомбардировщики слетали впустую, доставив массу удовольствия английским истребителям. Узнав о беспорядочном бегстве противника, Александер с Монтгомери переглянулись, пожали плечами и отдали 8-й армии приказ наступать, раз уж предоставилась такая невиданная халява. Черчилли вновь построились в колонну и двинулись вперед. Теперь их заметил немецкий патруль. Немцы сообщили в штаб о приближении бронепоезда. Пока Роммель лихорадочно готовил новый вылет, английские танки снова перестроились, и пилоты пикировщиков опять вернулись ни с чем. Солдаты Африканского корпуса в первой мировой не участвовали и были потрясены циклопическими размерами надвигавшихся на них гусениц. Такого они еще не видели и побросали оружие. "Черчилли" вновь построились в колонну:История повторялась каждый раз, когда вереница "Черчиллей" попадалась на глаза обороняющимся. После каждого безрезультатного поиска неуловимого бронепоезда немецкие бомбардировщики недосчитывались несколько машин и очень быстро перестали существовать как организованная сила. Роммеля потребовали в Берлин для объяснений. Тем временем Александер с Монтгомери переглянулись, пожали плечами и ввели в действия резервы, раз уж бомбардировщики противника почему-то больше не появлялись. "Черчилли" знай себе ползли вперед. Их обгоняли "Крусейдеры", "Гранты" и "Шерманы", танкисты отпускали ядовитые шутки в адрес медлительных гиппопотамов, но экипажи "Черчиллей" узнали себе цену и до ответных реплик не унижались. Наступление развивалось. Объясняясь в ставке, Роммель все свалил на разведчиков, прошляпивших строительство железной дороги у себя под носом. Вследствие чего, утверждал Роммель, вся британская орда и свалилась на голову многострадальному Африканскому корпусу, к тому же оставшемуся в одиночестве по милости союзников. Гитлер приказал по возвращении немедленно перестрелять всех разведчиков в слабой надежде, что от этого количество англичан в западной пустыне уменьшится. В это время разведотдел Африканского корпуса бомбардировал свою каирскую агентуру требованиями предоставить сведения о каких-то мифических бронепоездах и железнодорожных перевозках. Агенты честно ответили, что ничего подобного в Ливии отроду не существовало. В разведотделе уверились в том, что вся агентура перевербована , и отныне не верили ни единому донесению. Разобиженные агенты во всеуслышание объявили своих начальников идиотами и решили, что отныне будут работать на японцев. Сведения о положении дел на Ближнем Востоке требовались на Дальнем Востоке, как вороне парашют. Японцы вежливо отказались от услуг германской агентуры, и шпионская деятельность в английском тылу практически сошла на нет. Периодически немцы принимались шпионить просто для собственного удовольствия, потому что без любимого дела жить становилось невыносимо скучно. В разведотделе Африканского корпуса быстро сообразили в какую сторону дует ветер. Не дожидаясь возвращения Роммеля, разведчики в полном составе дизертировали и сдались англичанам. Расстреливаться им абсолютно не хотелось. Оставшись без разведки, в штабе засуетились, потому что не имели понятия о происходящем. Генерал Штумме опрометчиво вызвался посмотреть, что творится вокруг. Но не успел он отойти от штаба и ста метров, как нос к носу столкнулся с колонной "Черчиллей", нахально наводивших на него стволы орудий. От неожиданности у генерала на месте произошёл разрыв сердца. Охрана генерала разбежалась с воплями и вопли эти в штабе услышали. Роммель прибыл как раз к моменту бегства Африканского корпуса. Ругаясь от ярости по-русски шестиэтажным матом, фельдмаршал кинулся вдогонку за отступающей армией, одновременно недоумевая, откуда ему известны все эти выражения. Догнать свои войска Роммелю удалось только в Тунисе. Издалека услыхав за спиной ругань собственного командующего, арьергардные части полностью уверились в том, что русские прислали свои войска на подмогу британцам. Встречаться с русскими Африканскому корпусу почему-то не хотелось, и он отступал так, что обогнал даже итальянцев. Александер с Монтгомери переглянулись, пожали плечами и отдали приказ своим войскам преследовать противника, раз уж он так не по-джентльменски удирает от честной драки. С безмерным удивлением итальянцы и немцы обнаружили в Тунисе армию США. Янки с чисто американской беспардонностью оскверняли окружающую среду жеваной резинкой, пустыми бутылками из-под пива и колы, использованными презервативами и самим фактом своего присутствия. И без того раздраженный всем происходящим, Роммель окончательно озверел. За несколько дней немцы при помощи танков и оставшейся авиации сумели вбить в американские головы любовь к величественной африканской природе. Роммель столь успешно боролся с янки за экологию Туниса, что был немедленно отозван и назначен командовать войсками обороняющими Атлантический вал. Ведомство Канариса не уставало твердить, что американцы когда-нибудь обязательно там высадятся. Таким образом Роммелю предоставлялась возможность ещё раз продемонстрировать свои таланты в борьбе за очищение окружающей среды от не соответствующих экологическим стандартам "Шерманов", "Студебеккеров", "Виллисов" и прочей американской военной техники. Принявший командование фон Арним начал лихорадочно готовиться к обороне Туниса от догоняющих Африканский корпус англичан. Последние догоняли отступающих немцев с английской неторопливостью и обстоятельностью с обязательными остановками на ланч и файв-о-клок. Поэтому на организацию обороны фон Арниму времени хватило. Из Германии даже успели прислать на подмогу батальон новеньких "тигров" заодно с обещанием, что в недалеком будущем за ними последуют "пантеры". Пока "Черчилли" ползли колонной среди всех остальных догоняющих, немецкие воздушные разведчики зорко следили за их передвижением. Командование Африканского корпуса с нетерпением ожидало возможности расквитаться с неуловимым бронепоездом, подло лишившим немцев бомбардировочной авиации.
    Новых танков на весь фронт не хватало, но во имя отмщения фон Арним расщедрился на целый взвод. Экипажи "тигров", поджидавшие в засаде, уже успели доказать всем окружающим, что танки с танками (во всяком случае, с "тиграми") не воюют. Теперь они были полны решимости доказать, что и бронепоезда с "тиграми" воевать тоже не должны. Поэтому стоило головному "Черчиллю" показаться в немецких прицелах, командир "тигрового" взвода глотнул из фляжки добрый глоток шнапса и злорадно скомандовал: "Огонь!". Три 88-миллиметровых снаряда оказалось чересчур даже для толстокожего британского танка. "Подбили паровоз!", - удовлетворенно констатировал командир взвода, глядя на столб черного дыма, поднимающийся голубое африканское небо. "Доложите в штаб!", - и еще разок-другой отхлебнул из фляжки. "Паровоз у бронепоезда должен быть посредине состава"- возразил было радист. "Плевать",- отмахнулся командир-"всё равно доложите." "Капут бронепоезду, - довольно ухмыльнулся в штабе фон Арним, - отъездился. Атаковать и уничтожить".
    "Jawohl!" - откликнулись "тигры". Командир докончил фляжку, вышвырнул ее через люк и патетически заорал: "За Фатерлянд! За Фюрера! Вперед!".
    "Хайль!", - откликнулись экипажи, и, поднимая тучи пыли, "Тигры" ринулись в атаку. Механик-водитель командирского "Тигра" от энтузиазма рванул с места так, что командир, которого и без того развезло от фляжки шнапса под жарким африканским солнышком, влепился затылком в заднюю стенку башни и окончательно окосел. "Тигр" взобрался на холм, где чадил головной "Черчилль".
    "Ой, - озадаченно протянул командир "тигра", -А где?:". вместо ожидаемой легкой добычи в виде обездвиженного бронепоезда взору танкистов открылся ряд развернувшихся в боевую линию английских танков. Британские танкисты тоже несколько опешили, увидев "Тигры". Они прекрасно знали, что пехотные танки должны воевать с пехотой, а вовсе не с танками. И уж тем более не с "Тиграми". Однако ничего другого, кроме как принимать бой, им не оставалось.
    "Командир, командир! - наперебой закричали танкисты в командирском "тигре", - они в нас целятся! Надо стрелять!".
    "Подумаешь, - храбро отозвался командир, - сейчас мы их живо научим уважать Панцерваффе", - и спихнув с места наводчика, сам приник к прицелу. "А в который целиться-то?". "В правый, в правый! Он ближе всех! Он уже прицелился!", - заорали танкисты.
    "Доннерветтер, - выругался командир, - а в котором ряду?" по причине удара затылком и выпитого шнапса в глазах у него троилось, и весь окружающий мир состоял из одних английских танков. "В самый ближний", - хором подсказывал экипаж, - "во-он в тот!".
    "А в который сверху или в который снизу?", - деловито осведомился командир, лихорадочно вращая маховики наводки. "В любой!, - истерически завопил экипаж, -о mein Gott, только быстрее!".
    "Как скажете", - согласился командир и нажал на спуск. Снаряд расшвырял песок метрах в двадцати от "Черчилля". Командир с удивлением отметил, что британский танк продолжает целиться в его "Тигр" несмотря на прямое попадание. И более того, весь нижний ряд танков противника делает то же самое.
    "Попробуем в верхний, - решил командир, - заряжай!". Второй снаряд с занудным визгом пробуравил африканское небо в пяти метрах над крышей английской башни.
    "Ну, надо же, - удивился немец, - а ну-ка, еще разок:Заряжай".
    "В вилку берет, - решили в "Черчилле", - смотри ты, все по науке:Третий точно нам влепит:В лоб".
    "Да пошло оно все к матери Бенджамина! - выругался английский командир, - покинуть танк!" Не дожидаясь третьего снаряда, англичане ринулись вон. В суматохе наводчик неловко повернулся и локтем задел за спуск. Заряженное орудие, естественно, выстрелило. Маленький 40-миллиметровый снарядик, каким по приличным танкам и стрелять-то было стыдно, угодил точнехонько между орудийной маской и корпусом "Тигра", намертво заклинив ему башню.
    Танкисты обеих сторон, до сих пор с интересом следившие за поединком, онемели от удивления. Немцы в "Тигре" никак не могли понять, что англичане ухитрились сделать с их машиной. Экипаж вылез наружу и, увидев случившееся, попытался выковырять снаряд. Снаряд засел плотно и не выковыривался. Через минуту к ним присоединился экипаж "Черчилля", жаждавший заполучить снаряд как сувенир. Азартно толкаясь и ругаясь, каждый старался овладеть желанным призом. Снаряд никак не желал вылезать наружу. Заинтересованные непонятным столпотворением у "Тигра", танкисты из других экипажей вылезали и подбегали посмотреть, что происходит. Узнав о случившемся, они моментально включались в охоту за сувенирами. Вскоре у "Тигра" ворочалась огромная толпа, издалека напоминавшая шанхайский базар. Экипажи двух оставшихся "Тигров" решили между собой, что с полоумными британцами связываться не стоит, поскольку они не желают признавать, что танки с танками: и так далее. И более того, палят из своих смехотворных пушек, словно из снайперских винтовок, выводя из строя новинки немецкой бронетехники. К тому же пробиться сквозь плотную стену английских спин и в свою очередь поковырять злополучный снаряд им так и не удалось. Англичан было слишком много, и немцев они даже не замечали. Те, обиженные таким пренебрежением, гордо забрались в свои "Тигры" и ретировались, решив для себя, что с американцами воевать гораздо интереснее. Те при появлении "Тигров" исправно разбегались кто куда.
    Неудачливый экипаж заявил, что англичане воюют не по правилам и что они больше не играют, после чего демонстративно заперся в своем "Тигре". Некоторое время англичане стучали по крышкам люков, предлагая немцам чай, кофе и свое гостеприимство. Немцы надуто отмалчивались. Британцы пожали плечами, решили: "Ну, и ладно, мол, было бы предложено:" после чего залезли в свои "Черчилли" и продолжили наступление. Немцы, увидев, что на них больше не обращают никакого внимания, выскочили из "Тигра" и бросились следом, потому что зазря сидеть в душном танке было неинтересно. Первый раунд, таким образом, окончился со счетом 1:1.
    В ходе дальнейших боевых действий "Черчилли" вопреки ожиданиям Чемберлена и его пакостников снискали себе изрядное расположение и симпатии английской пехоты. Сразу же выяснилось, что за длинным корпусом танка способен укрыться разом целый взвод. Таким образом можно было благополучно добраться до вражеских позиций без потерь со своей стороны. Особенно пехотинцам нравилось то, что высота танка позволяла при этом даже не пригибаться. Экипажи "Грантов" и "Шерманов" завистливо утверждали, что и за их танками можно не пригибаться, если дело заключается только в этом. Пехотинцы в ответ гнусно хихикали, потому что в качестве прикрытия для пехоты американские танки напоминали картонную коробку. "Черчилль" же с гарантией убивала только 88-миллиметровка. Экипажи для усиления и без того толстой брони обвешивали свои танки запасными траками, отчего "Черчилли" весьма напоминали стегозавров. К тому же если наступать надоедало или пулеметов у противника оказывалось слишком много, взвод, укрываясь за корпусом, мог спокойно попить чаю. Экипажи открывали бортовой люк и с удовольствием присоединялись к пехотинцам, периодически выпуская снаряд-другой по траншеям противника. Немецкие зенитчики регулярно отстреливали "Черчиллей", но на общую картину это не влияло. Танкисты Африканского корпуса тоже предпочитали воевать против "Крусейдеров", "Грантов" и "Шерманов", памятуя о печальном опыте дуэли с "Тиграми". Не то, чтобы "Черчилль" был для них особенно серьезным противником, в умах немецких танкистов прочно укоренилась мысль, что именно от "Черчиллей" можно ждать любой незапланированной подлости. Тем более, что названием они олицетворяли коварный Альбион.
    Жители Англии тоже полностью утвердились во мнении, что раз уж танк с именем премьера с первого выстрела прикончил "Тигр", то и страна, которую возглавляет лично сэр Уинстон Черчилль, способна победить кого угодно. Тем более что содержание писем, которые пехотинцы посылали с фронта, сводилось к общей мысли, что с "Черчиллем" не пропадешь. Историческую фразу о том, что у танка недостатков больше, чем у самого премьера, Британия приписала излишней скромности сэра Уинстона. Потому как у танка, который пользуется такой популярностью у солдат, недостатков не могло быть по определению. Следовательно, и премьер был непогрешим. В сложившейся ситуации коварные планы лейбористов были похоронены столь основательно, что Чемберлену оставалось только кусать локти. А спровоцировавший всю эту эпопею сэр Артур Харрис и в ус не дул, раз за разом отправляя на бомбежку эскадрильи новехоньких "Ланкастеров". Война тем временем продолжалась. Популярный танк английские заводы начали выпускать во все возрастающих количествах. Часть из них попала даже в Россию. Русские сразу по достоинству оценили новое приобретение. Английская новинка оказалась вполне приличной. Особенно если предстояло атаковать по дороге или по твердому полю, а не по болоту или непролазной русской грязи. В болоте "Черчилль" почему-то застревал. Но с ровными полями и дорогами в России было плохо, а болот имелось в достатке. Поэтому русские танкисты со свойственной им смекалкой додумались первыми пускать в болото именно "Черчилли". Первый танк тут же застревал по самую башню. На него заползал следующий и тоже застревал, но уже чуть дальше. Затем подгоняли следующий танк. За рекордно короткое время через болото возникала вполне приличная гать из увязших "Черчиллей", по корпусам которых на врага устремлялся бронированный поток "Исов" и "Тридцатьчетвёрок". За счет неимоверной длины танка на преодоление болота средней величины уходило не больше 6-7 "Черчиллей", что было и удобно, и экономично. Таким же образом "Черчилль" использовался для преодоления оврагов и рвов перед немецкими позициями. Танкисты загоняли машину в ров, после чего из нее получался отличный мост, по которому в атаку бросалась русская пехота. Если же немцы пытались контратаковать, то, пропустив своих, танкисты неожиданно открывали верхние люки, и немало немецких солдат переломало лодыжки, угодив в импровизированные волчьи ямы. Если же немец проваливался в люк с головой, то неминуемо попадал в плен. Да и в обычной атаке "Черчилли" демонстрировали все те же достоинства, и русские пехотинцы укрывались за ними не менее охотно, чем английские. Тем более, что вместо чая русские предпочитали пить водку.
    Разных препятствий в виде эскарпов, контрэскарпов, спиралей Бруно и противотанковых ежей "Черчилль" и вовсе не замечал, переползая через них за счет своей высоты все с той же британской неторопливостью и обстоятельностью. По океанам грязи во время весенней распутицы "Черчилль" проплывал с величавостью авианосца. Лужи, где все остальные танки увязали по надгусеничные полки, английскому танку были, что называется, по колено. При взятии городов "Черчилли" успешно использовались для проникновения в здания, занятые противником. Сначала за корпусом танка занимал позиции штурмовой взвод. Затем танк вместе с прячущимися за ним пехотинцами подползал к ближайшей двери и становился к ней бортовым люком. После чего танкисты одновременно открывали люки с обеих сторон корпуса. Получался сквозной бронированный тоннель, через который пехота, поминая бога, черта и всякую разную сволочь, врывалась в дом и очищала его от немцев. В это время остальные танки вели ослепляющий огонь по верхним этажам, чтобы ни у кого из засевших в доме не возникла шальная идея пальнуть вниз из "панцерфауста". Но русские танкисты все равно не любили "Черчилль". Они традиционно обожали быструю езду, а понятие "быстрая езда" и "Черчилль" были несовместимы.
    В Европе, где союзники чтобы не уронить авторитет Канариса в конце концов все-таки открыли второй фронт, "Черчилли" использовали традиционно, вследствие чего темпы наступления оставляли желать много лучшего. Однако и там "Черчилль" довоевал до конца войны весьма успешно, оставшись на тот момент единственным пехотным танком в армии союзников.
    После войны "Черчилли" еще долго оставались в строю как учебные танки, и последний из них сошел со сцены гораздо позднее, чем человек, чьим именем было названо это бронированное чудо. Или чудище, в зависимости от точки зрения.
    P.S.По информации "Интеллиджент Сервис" когда Адерсу вручили именной "P-38" к нему прилагалась обойма с одним единственным патроном. (см. Ошибка! Закладка не определена.).
    P.P.S.Автор просит извинения за некоторые исторические вольности.
     
  4. Wann

    Wann Модератор Команда форума

    Регистрация:
    03.11.07
    Сообщения:
    6.790
    Симпатии:
    576
    Адрес:
    Волгоград
    А ещё говорят - танки грязи не боятся. :-D Ещё как боятся, если грязь хорошая! :grin:
     
  5. студент

    студент Модератор Команда форума

    Регистрация:
    08.11.07
    Сообщения:
    29.151
    Симпатии:
    6.289
    Адрес:
    Москва
    Мда... Уже сколько времени куски с Чобитка выкладываю, а вот дожил - стали выкладывать целиком. Прогресс, однако...
     
Загрузка...

Поделиться этой страницей