алексей с сахалина
Активный участник
- Сообщения
- 19.980
- Адрес
- Россия
Хохлы расстроились и от огорчения отдавили хохлухе ноги.
Военная операция на Украине
- Автор темы Specter
- Дата начала
Хохлы расстроились и от огорчения отдавили хохлухе ноги.
Какой такой Орешник..... вы же этот полигон своими фламингами под ноль снесли....правда, правда, ваши же врать не будут
Вот только отключения все больше и дольше ...
Врать конечно ни кто не будет.Какой такой Орешник..... вы же этот полигон своими фламингами под ноль снесли....правда, правда, ваши же врать не будут
Могут ошибиться малёхо, уж не взыщите.
ПС.
Надо сильно постараться чтобы снести под ноль полигон на котором уже был с десяток испытаний ЯО.
Но мы ж козацького роду.
Можем выкопать там новое море.
Последнее редактирование:
Не ну в способностях ваших Мюнхаузенов я не сомневаюсьВрать конечно ни кто не будет.
Могут ошибиться малёхо, уж не взыщите.
ПС.
Надо сильно постараться чтобы снести под ноль полигон на котором уже был с десяток испытаний ЯО.
Но мы ж козацького роду.
Можем выкопать там новое море.
"Мертвое море знаешь? Мы убили"
Сводка Министерства обороны Российской Федерации о ходе проведения специальной военной операции по состоянию на 17 февраля 2026 года
За прошедшие сутки, в ответ на террористические атаки киевского режима по объектам гражданской инфраструктуры на территории России, Вооруженные Силы Российской Федерации нанесли массированный удар высокоточным оружием большой дальности наземного и воздушного базирования, а также беспилотными летательными аппаратами по объектам военно-промышленного комплекса, энергетической инфраструктуры Украины, используемым в интересах ВСУ, а также местам производства, хранения и подготовки к запуску ударных беспилотных летательных аппаратов. Цели удара достигнуты. Все назначенные объекты поражены.
Зона ответственности группировки войск «Север»
ВСУ потеряли свыше 165 военнослужащих, 10 автомобилей, склад материальных средств и станция контрбатарейной борьбы AN/TPQ-36 производства США.
Зона ответственности группировки войск «Запад».
ВСУ потеряли до 150 военнослужащих, две боевые бронированные машины, включая бронеавтомобиль HMMWV производства США, 15 автомобилей и два артиллерийских орудия. Уничтожены шесть складов боеприпасов.
Зона ответственности группировки войск «Юг».
ВСУ потеряли свыше 195 военнослужащих, 12 пикапов, бронетранспортер М113 и бронеавтомобиль HMMWV производства США. Уничтожена станция радиоэлектронной борьбы.
Зона ответственности группировки войск «Центр».
ВСУ потеряли до 350 военнослужащих, две боевые машины пехоты, две боевые бронированные машины и четыре автомобиля.
Зона ответственности группировки войск «Восток».
ВСУ потеряли свыше 345 военнослужащих, восемь боевых бронированных машин, шесть автомобилей и орудие полевой артиллерии.
Зона ответственности группировки войск «Днепр».
ВСУ потеряли более 25 военнослужащих, восемь автомобилей и склад материальных средств.
Оперативно-тактической авиацией, ударными беспилотными летательными аппаратами, ракетными войсками и артиллерией группировок войск Вооруженных Сил Российской Федерации нанесено поражение пунктам временной дислокации украинских вооруженных формирований и иностранных наемников в 148 районах.
Средствами противовоздушной обороны сбиты восемь управляемых авиационных бомб и 334 беспилотных летательных аппарата самолетного типа.
Сегодня у ВСУ – минус 1 230 ЕЖС.
ССЫЛКА-1
ССЫЛКА-2
© Минобороны России на 17 февраля 2026 года.
За прошедшие сутки, в ответ на террористические атаки киевского режима по объектам гражданской инфраструктуры на территории России, Вооруженные Силы Российской Федерации нанесли массированный удар высокоточным оружием большой дальности наземного и воздушного базирования, а также беспилотными летательными аппаратами по объектам военно-промышленного комплекса, энергетической инфраструктуры Украины, используемым в интересах ВСУ, а также местам производства, хранения и подготовки к запуску ударных беспилотных летательных аппаратов. Цели удара достигнуты. Все назначенные объекты поражены.
Зона ответственности группировки войск «Север»
ВСУ потеряли свыше 165 военнослужащих, 10 автомобилей, склад материальных средств и станция контрбатарейной борьбы AN/TPQ-36 производства США.
Зона ответственности группировки войск «Запад».
ВСУ потеряли до 150 военнослужащих, две боевые бронированные машины, включая бронеавтомобиль HMMWV производства США, 15 автомобилей и два артиллерийских орудия. Уничтожены шесть складов боеприпасов.
Зона ответственности группировки войск «Юг».
ВСУ потеряли свыше 195 военнослужащих, 12 пикапов, бронетранспортер М113 и бронеавтомобиль HMMWV производства США. Уничтожена станция радиоэлектронной борьбы.
Зона ответственности группировки войск «Центр».
ВСУ потеряли до 350 военнослужащих, две боевые машины пехоты, две боевые бронированные машины и четыре автомобиля.
Зона ответственности группировки войск «Восток».
ВСУ потеряли свыше 345 военнослужащих, восемь боевых бронированных машин, шесть автомобилей и орудие полевой артиллерии.
Зона ответственности группировки войск «Днепр».
ВСУ потеряли более 25 военнослужащих, восемь автомобилей и склад материальных средств.
Оперативно-тактической авиацией, ударными беспилотными летательными аппаратами, ракетными войсками и артиллерией группировок войск Вооруженных Сил Российской Федерации нанесено поражение пунктам временной дислокации украинских вооруженных формирований и иностранных наемников в 148 районах.
Средствами противовоздушной обороны сбиты восемь управляемых авиационных бомб и 334 беспилотных летательных аппарата самолетного типа.
Сегодня у ВСУ – минус 1 230 ЕЖС.
ССЫЛКА-1
ССЫЛКА-2
© Минобороны России на 17 февраля 2026 года.
Фантазёры.
Подстанцию атаковали БПЛА на несколько часов раньше чем были пуски Х-101.
После атаки БПЛА и до утра тут было тихо как в библиотеке, и немного темно.
Junge Welt Германия: Россия применила на Украине новый алгоритм ведения боевых действий
Ларс Ланге (Lars Lange)
Россия в конфликте на Украине не стремится к решающим сражениям, а рассматривает текущие линии фронта в контексте общего процесса изматывания противника.
Западные аналитики измеряют украинский конфликт метрами в день. По новым расчетам Центра стратегических и международных исследований (CSIS) российские войска с начала 2024 года продвигаются в среднем на 15-70 метров в сутки. Это, говорится в отчете, медленнее, чем в битве на Сомме в 1916 году. Британская газета The Telegraph повторяет: "Российские войска продвигаются медленнее любой другой армии за последнее столетие". Вашингтонский аналитический центр делает из этого вывод: Россия якобы платит чрезвычайно высокую цену за минимальные территориальные приобретения и потому превращается в державу второго или третьего ранга. Эти результаты, утверждается далее, принципиально не приближают Москву к цели — военному завоеванию Украины.
Однако такой вывод экспертов основан на категориальной ошибке. С весны 2023 года нигде на фронте не просматривается документально подтвержденная попытка России осуществить классический прорыв в глубину обороны противника.
Не видно ни массированных танковых бросков, ни оперативной фазы развития наступательного успеха. Похоже, русская система не ориентирована на наступление в западном смысле слова; она ориентирована на контроль соотношения сил и создание "зон изнурения".
То, что западные наблюдатели трактуют как отсутствие наступления, может быть иным пониманием эффективности: здесь нет понятия "зимнее наступление", есть непрерывная подстройка собственной результативности. Россия воспринимает линии фронта не как целевые показатели, а как мерные шкалы процесса истощения. Боевые действия ведутся как непрерывный кибернетический контур управления (то есть принятие наилучших управленческих решений), в котором важнее кривые потерь и боевого эффекта, чем прирост территории.
Если такая интерпретация верна, то расчет делается не на победу через завоевание территорий, а на победу через устойчивость всей системы: важно не то, кто возьмет больше земли, а то, чья система продержится дольше. Россия удерживает давление ниже той точки, где нестабильной стала бы собственная система, и одновременно пытается массивно перегрузить систему противника — до момента, когда у него рухнут логистика, призыв личного состава, экономика или вся структура управления. Конфликт завершается не прорывом, а системным сбоем у одной из сторон.
Туман рассеивается
Эту форму ведения боевых действий можно назвать кибернетической: саморегулируемой системой, которая учится и адаптируется через обратную связь. Концептуальную основу такого подхода можно приписать советскому военному теоретику Александру Свечину. Для Свечина военная стратегия была не планом, а постоянной реакцией на изменение общей обстановки. Там, где Карл фон Клаузевиц ставил в центр решающее сражение, Свечин развивал концепцию системы общей адаптации: война как непрерывный процесс стратегической подстройки. В этом смысле сегодняшняя российская модель — скорее "по Свечину", чем "по Клаузевицу". В итоге можно вывести формулу: военная модель Свечина плюс цифровизация.
Одно из самых точных описаний новой формы военных действий пришло из самой России. Юрий Балуевский, бывший начальник Генерального штаба ВС РФ (2004–2008), и Руслан Пухов, директор Центра анализа стратегий и технологий, опубликовали в декабре 2025 года статью "Цифровая война — новая реальность". В ней они описывают происходящее на Украине.
Главное изменение, по их словам, заключается в полной прозрачности поля боя: "туман войны" рассеялся. Из-за повсеместных беспилотников, спутниковой связи и сетевых сенсоров возникает единая информационная среда, в которой тактический, оперативный и стратегический уровни функционально сливаются. Границы между уровнями взаимодействия размываются. Второе фундаментальное изменение: тактическое поле боя и глубина пространства на многие десятки километров превращаются в "зоны тотального уничтожения". В таких зонах любое перемещение, любая концентрация сил мгновенно обнаруживается и становится уязвимой для удара. Следствие — крайняя рассредоточенность и очень низкая плотность боевых порядков.
...
С появлением новой категории беспилотников средней дальности геометрия поля боя меняется принципиально. Новый российский БПЛА с дальностью полета 300 километров закрывает разрыв между тактическими FPV-дронами (FPV — управление по картинке "от первого лица". — Прим. ИноСМИ) и стратегическими средствами поражения большой дальности. Этот дрон устроен предельно просто, вероятно стоит заметно меньше 10 тысяч евро и нацелен на склады снабжения, командные пункты и подвижные цели на глубине 100-300 километров за линией фронта.
Это позволяет сдвигать "зоны тотального уничтожения", о которых пишет Балуевский, далеко в прежний тыл. Чтобы понять, что это означает, важно различать два способа применения военной силы: ударную волну и волну постоянного давления. Ударная волна — кратковременный, концентрированный импульс применения силы: много огня за короткое время, ставка на локальный прорыв, заметно выше собственная уязвимость и потери. Цели — быстро изменить обстановку, занять территории и развить успех. Это классическая маневренная война.
Волна постоянного давления действует иначе: долго и на большой площади. Вместо разовой "вспышки" возникает постоянное, управляемое давление. Удары распределяются по широкому пространству, каждый отдельный удар остается дозированным, повторяется и модулируется. Крупные соединения при этом не подставляются под удар. Цель — не прорыв, а изматывание: ресурсы противника шаг за шагом истощаются, его реакция проверяется и выжигается.
"Зоны тотального уничтожения" возникают не из ударных волн, а из волн постоянного давления.
Теперь поле боя можно разделить на концентрические кольца постоянного давления. Внутреннее кольцо — от нуля до 30 километров от линии фронта — превратилось в абсолютную "зону смерти": передвижение техники здесь почти невозможно. Среднее кольцо — глубиной от 30 до 300 километров — контролируют системы вроде "Молнии" или "Италмаса". Раньше эта зона считалась относительно безопасным тылом для командных пунктов, логистических узлов и мест сосредоточения войск. Внешнее кольцо перекрывается стратегическими средствами поражения вроде "Герани-2", способными поражать цели на расстоянии значительно больше одной тысячи километров.
Ключевой момент заключается в том, что эти зоны не дают выигрыша в территориальном приобретении. Они создают системное давление. Классический принцип защиты расстоянием больше не работает. Само понятие тылового пространства размывается. В результате весь район до 300 километров за фронтом превращается в непрерывную зону давления: ее не занимают, но за счет постоянной угрозы функционально контролируют.
Сила за счет разъединения
Это пространственное "пропитывание" поля боя не может не ударить по привычным военным концепциям. Распад классического способа ведения боя общевойсковыми соединениями — одно из самых недооцененных последствий кибернетического способа ведения боевых действий с помощью дронов.
...
Между тем общевойсковой бой строится на концентрации усилий, движении, внезапности, временной согласованности и взаимном прикрытии. Танки защищают пехоту, пехота обеспечивает танки, артиллерия готовит местность, все элементы действуют синхронно. Но на "прозрачном" поле боя эти принципы перестают работать: любая концентрация сил и средств сразу обнаруживается противником дистанционно. Любое движение притягивает дроны, эффекта внезапности почти нет. Координация означает скопление, а скопление становится целью для роевых атак FPV-дронов. Танки превращаются в приоритетную добычу для дроноводов, пехота почти не может маневрировать. Общевойсковой бой распадается на отдельные компоненты, потому что исчезло его ключевое условие — ограниченная видимость.
...
В августе 2025 года украинская разведка в пределах 70 километров от линии фронта обнаружила лишь 23 российских танка — по сравнению с 470 танками только на южном направлении в мае 2023 года. Танки исчезли не потому, что они уязвимы. Они в значительной степени исчезли потому, что для индустриального процесса разрушения они слишком дорогие и слишком "открытые". Того же эффекта — изматывания сил противника — можно добиваться меньшими и более управляемыми средствами. Танки, прежде всего, — инструмент маневренного противостояния. Для кибернетического способа ведения боевых действий они плохо подходят.
...
Противостояние на Украине больше не является полем битвы в классическом смысле. Это процесс, управляемый правилами, где интенсивность, частота и эффект ударов постоянно настраиваются. Важнее не максимальная жесткость, а управляемость применения силы. Боевые действия на Украине могут быть частью более длительного процесса обучения и адаптации российской армии. Поэтому главный разрыв с прежним типом боевых действий заключается не только в отдельных видах вооружений или тактиках, а в переходе от боевого соприкосновения, ориентированного на сражении, к длительному противостоянию. Тот, кто продолжает измерять украинский конфликт километрами, не понимает его главной логики.
Ларс Ланге (Lars Lange)
Россия в конфликте на Украине не стремится к решающим сражениям, а рассматривает текущие линии фронта в контексте общего процесса изматывания противника.
Западные аналитики измеряют украинский конфликт метрами в день. По новым расчетам Центра стратегических и международных исследований (CSIS) российские войска с начала 2024 года продвигаются в среднем на 15-70 метров в сутки. Это, говорится в отчете, медленнее, чем в битве на Сомме в 1916 году. Британская газета The Telegraph повторяет: "Российские войска продвигаются медленнее любой другой армии за последнее столетие". Вашингтонский аналитический центр делает из этого вывод: Россия якобы платит чрезвычайно высокую цену за минимальные территориальные приобретения и потому превращается в державу второго или третьего ранга. Эти результаты, утверждается далее, принципиально не приближают Москву к цели — военному завоеванию Украины.
Однако такой вывод экспертов основан на категориальной ошибке. С весны 2023 года нигде на фронте не просматривается документально подтвержденная попытка России осуществить классический прорыв в глубину обороны противника.
Не видно ни массированных танковых бросков, ни оперативной фазы развития наступательного успеха. Похоже, русская система не ориентирована на наступление в западном смысле слова; она ориентирована на контроль соотношения сил и создание "зон изнурения".
То, что западные наблюдатели трактуют как отсутствие наступления, может быть иным пониманием эффективности: здесь нет понятия "зимнее наступление", есть непрерывная подстройка собственной результативности. Россия воспринимает линии фронта не как целевые показатели, а как мерные шкалы процесса истощения. Боевые действия ведутся как непрерывный кибернетический контур управления (то есть принятие наилучших управленческих решений), в котором важнее кривые потерь и боевого эффекта, чем прирост территории.
Если такая интерпретация верна, то расчет делается не на победу через завоевание территорий, а на победу через устойчивость всей системы: важно не то, кто возьмет больше земли, а то, чья система продержится дольше. Россия удерживает давление ниже той точки, где нестабильной стала бы собственная система, и одновременно пытается массивно перегрузить систему противника — до момента, когда у него рухнут логистика, призыв личного состава, экономика или вся структура управления. Конфликт завершается не прорывом, а системным сбоем у одной из сторон.
Туман рассеивается
Эту форму ведения боевых действий можно назвать кибернетической: саморегулируемой системой, которая учится и адаптируется через обратную связь. Концептуальную основу такого подхода можно приписать советскому военному теоретику Александру Свечину. Для Свечина военная стратегия была не планом, а постоянной реакцией на изменение общей обстановки. Там, где Карл фон Клаузевиц ставил в центр решающее сражение, Свечин развивал концепцию системы общей адаптации: война как непрерывный процесс стратегической подстройки. В этом смысле сегодняшняя российская модель — скорее "по Свечину", чем "по Клаузевицу". В итоге можно вывести формулу: военная модель Свечина плюс цифровизация.
Одно из самых точных описаний новой формы военных действий пришло из самой России. Юрий Балуевский, бывший начальник Генерального штаба ВС РФ (2004–2008), и Руслан Пухов, директор Центра анализа стратегий и технологий, опубликовали в декабре 2025 года статью "Цифровая война — новая реальность". В ней они описывают происходящее на Украине.
Главное изменение, по их словам, заключается в полной прозрачности поля боя: "туман войны" рассеялся. Из-за повсеместных беспилотников, спутниковой связи и сетевых сенсоров возникает единая информационная среда, в которой тактический, оперативный и стратегический уровни функционально сливаются. Границы между уровнями взаимодействия размываются. Второе фундаментальное изменение: тактическое поле боя и глубина пространства на многие десятки километров превращаются в "зоны тотального уничтожения". В таких зонах любое перемещение, любая концентрация сил мгновенно обнаруживается и становится уязвимой для удара. Следствие — крайняя рассредоточенность и очень низкая плотность боевых порядков.
...
С появлением новой категории беспилотников средней дальности геометрия поля боя меняется принципиально. Новый российский БПЛА с дальностью полета 300 километров закрывает разрыв между тактическими FPV-дронами (FPV — управление по картинке "от первого лица". — Прим. ИноСМИ) и стратегическими средствами поражения большой дальности. Этот дрон устроен предельно просто, вероятно стоит заметно меньше 10 тысяч евро и нацелен на склады снабжения, командные пункты и подвижные цели на глубине 100-300 километров за линией фронта.
Это позволяет сдвигать "зоны тотального уничтожения", о которых пишет Балуевский, далеко в прежний тыл. Чтобы понять, что это означает, важно различать два способа применения военной силы: ударную волну и волну постоянного давления. Ударная волна — кратковременный, концентрированный импульс применения силы: много огня за короткое время, ставка на локальный прорыв, заметно выше собственная уязвимость и потери. Цели — быстро изменить обстановку, занять территории и развить успех. Это классическая маневренная война.
Волна постоянного давления действует иначе: долго и на большой площади. Вместо разовой "вспышки" возникает постоянное, управляемое давление. Удары распределяются по широкому пространству, каждый отдельный удар остается дозированным, повторяется и модулируется. Крупные соединения при этом не подставляются под удар. Цель — не прорыв, а изматывание: ресурсы противника шаг за шагом истощаются, его реакция проверяется и выжигается.
"Зоны тотального уничтожения" возникают не из ударных волн, а из волн постоянного давления.
Теперь поле боя можно разделить на концентрические кольца постоянного давления. Внутреннее кольцо — от нуля до 30 километров от линии фронта — превратилось в абсолютную "зону смерти": передвижение техники здесь почти невозможно. Среднее кольцо — глубиной от 30 до 300 километров — контролируют системы вроде "Молнии" или "Италмаса". Раньше эта зона считалась относительно безопасным тылом для командных пунктов, логистических узлов и мест сосредоточения войск. Внешнее кольцо перекрывается стратегическими средствами поражения вроде "Герани-2", способными поражать цели на расстоянии значительно больше одной тысячи километров.
Ключевой момент заключается в том, что эти зоны не дают выигрыша в территориальном приобретении. Они создают системное давление. Классический принцип защиты расстоянием больше не работает. Само понятие тылового пространства размывается. В результате весь район до 300 километров за фронтом превращается в непрерывную зону давления: ее не занимают, но за счет постоянной угрозы функционально контролируют.
Сила за счет разъединения
Это пространственное "пропитывание" поля боя не может не ударить по привычным военным концепциям. Распад классического способа ведения боя общевойсковыми соединениями — одно из самых недооцененных последствий кибернетического способа ведения боевых действий с помощью дронов.
...
Между тем общевойсковой бой строится на концентрации усилий, движении, внезапности, временной согласованности и взаимном прикрытии. Танки защищают пехоту, пехота обеспечивает танки, артиллерия готовит местность, все элементы действуют синхронно. Но на "прозрачном" поле боя эти принципы перестают работать: любая концентрация сил и средств сразу обнаруживается противником дистанционно. Любое движение притягивает дроны, эффекта внезапности почти нет. Координация означает скопление, а скопление становится целью для роевых атак FPV-дронов. Танки превращаются в приоритетную добычу для дроноводов, пехота почти не может маневрировать. Общевойсковой бой распадается на отдельные компоненты, потому что исчезло его ключевое условие — ограниченная видимость.
...
В августе 2025 года украинская разведка в пределах 70 километров от линии фронта обнаружила лишь 23 российских танка — по сравнению с 470 танками только на южном направлении в мае 2023 года. Танки исчезли не потому, что они уязвимы. Они в значительной степени исчезли потому, что для индустриального процесса разрушения они слишком дорогие и слишком "открытые". Того же эффекта — изматывания сил противника — можно добиваться меньшими и более управляемыми средствами. Танки, прежде всего, — инструмент маневренного противостояния. Для кибернетического способа ведения боевых действий они плохо подходят.
...
Противостояние на Украине больше не является полем битвы в классическом смысле. Это процесс, управляемый правилами, где интенсивность, частота и эффект ударов постоянно настраиваются. Важнее не максимальная жесткость, а управляемость применения силы. Боевые действия на Украине могут быть частью более длительного процесса обучения и адаптации российской армии. Поэтому главный разрыв с прежним типом боевых действий заключается не только в отдельных видах вооружений или тактиках, а в переходе от боевого соприкосновения, ориентированного на сражении, к длительному противостоянию. Тот, кто продолжает измерять украинский конфликт километрами, не понимает его главной логики.
Главным объектом операций должна являться не территория или укрепленный пункт противника, а его армия; лишь ее разгром способен решить исход кампании.
фон Мольтке-старший, вторая половина 19 века.
Вангую что исполнители из ваших из местных.
Малалай
Активный участник
- Сообщения
- 56
Прока нет подтверждения ,что был взрыв
Малалай
Активный участник
- Сообщения
- 56
«Отключение терминалов Starlink не повлияло на систему управления и связи войсками, подразделений и частей в зоне специальной военной операции», приводит РИА "Новости" слова Минобороны России.
Минобороны России обратило внимание, что терминалы отключены уже две недели, однако это не повлияло на интенсивность и эффективность войск беспилотных систем.
Кроме этого в Минобороны России подчеркнули, что имеющиеся у России системы управления и связи "обеспечивают устойчивый обмен информацией по закрытым каналам".
Минобороны России обратило внимание, что терминалы отключены уже две недели, однако это не повлияло на интенсивность и эффективность войск беспилотных систем.
Кроме этого в Минобороны России подчеркнули, что имеющиеся у России системы управления и связи "обеспечивают устойчивый обмен информацией по закрытым каналам".